Мирон долго смотрел на убегающие рельсы соседнего пути, а затем сказал:
— Мать способна простить то, чего никто другой не простит. Если сердце не даёт вам покоя, значит, кому-то там действительно нужна ваша помощь. Не обязательно дочь сама зовёт. Иногда зовёт беда, о которой мы ещё ничего не знаем.
Эти слова Галина запомнила. Позже, когда становилось страшно, она повторяла их, словно короткую молитву.
Перед прибытием Мирон спросил, с какого вокзала уходит её следующий поезд. Галина уверенно ответила, что разберётся: пойдёт вслед за людьми. Девушка с верхней полки невольно рассмеялась. Мирон покачал головой.
— В большом городе люди текут разными потоками. Пойдёте за первым — окажетесь совсем не там. Пусть мой внук проводит вас до подземной дороги и объяснит пересадку.
На платформе старика встретили родственники. Они тепло попрощались, обменялись адресами, и Галина пообещала написать, чем закончились поиски. Внук Мирона довёл её до входа в метро, несколько раз повторил названия станций и показал, где покупать билет.
Даже после объяснений подземный город ошеломил Галину. Длинный эскалатор уходил вниз так круто, что она вцепилась в поручень. Двери вагонов закрывались сами. Людская масса то застывала перед лестницами, то распадалась на быстрые потоки. У каждого был свой маршрут, и только Галина стояла с тяжёлой сумкой, боясь сделать неверный шаг.
На соседней ступени ехал молодой человек с длинными косичками, в яркой вязаной шапке и больших наушниках. Для деревенской женщины его облик был настолько непривычным, что она невольно загляделась. Потом устыдилась собственного любопытства и отвернулась: здесь, похоже, никого не волновало, как выглядит сосед.
В вагон её буквально внесла толпа. Галина прижалась к дверям, чтобы не пропустить нужную остановку. В груди опять поднялась паника: зачем она затеяла такую поездку? Но тут вспомнился ровный голос Мирона: если сердце зовёт, значит, помощь нужна. Она выдохнула и заставила себя читать названия станций.
У выхода к вокзалу пристала попрошайка с двумя детьми. Галина дала мелочь, надеясь отделаться, но женщина пошла следом, требуя ещё, а затем начала выкрикивать обидные слова. Галина крепче прижала маленькую сумочку к груди и ускорила шаг.
На новом вокзале она уже знала главное — надо заранее найти свой вагон. Номер был шестой. Несколько минут Галина не могла понять табло, где сменялись пути, время и направления, затем заметила закономерность и разобралась. До отправления оставалось четыре часа. Она долго не решалась уйти с платформы, но боль в ногах заставила подняться в зал ожидания. Там висело такое же табло, и это показалось настоящим чудом удобства.
К поезду Галина вышла за два часа и без спешки нашла нужное место. Она даже тихо похвасталась покойному мужу:
— Видишь, Стёпа, уже не пропаду. Ты бы здесь растерялся, а я справилась.
Предстояло провести в дороге семь суток. Место попалось боковое нижнее, вагон — жаркий и переполненный. Галина старалась не жаловаться. Первые дни считала станции и часы, потом время стало вязким. В родной деревне тем временем случилась переполох. Лидия получила запоздалое письмо от дочери: Марины в городе давно нет, она уехала в другой промышленный регион, а точного адреса никто не знает. Лидия бросилась к Надежде.
— Письмо опоздало! Галя едет к людям, которые её не ждут. Надо звонить Павлу на работу, вызывать на переговоры, хоть как-то предупредить…
