Женщина лежала в сырой придорожной канаве почти без движения, а вокруг нее, по траве, по одежде и даже под складками ткани, скользили змеи. Те, кто приехал на помощь, не сразу решились приблизиться. Казалось, живому человеку невозможно оказаться в таком кошмаре и уцелеть. Но уже через несколько мгновений все, кто стоял у дороги, поняли: самое страшное еще не закончилось.
Артём крепко обнял бабушку Варвару, перед тем как уехать. Он приезжал к ней в крохотный, затерянный среди полей поселок, где время будто застряло между покосившимися заборами, низкими домиками и тишиной, которую нарушали только птицы да лай собак.
— Бабулечка, — в который раз начал он, ласково, почти по-детски, как называл ее с малых лет, — может, все-таки поедешь со мной? В городе тебе спокойно будет. Ничего делать не придется. Отдыхай, гуляй, живи для себя.
Варвара Степановна только махнула рукой, но тут же перехватила его лицо ладонями и, пока он наклонился, расцеловала в щеки.
— Ой, Тёмочка, не для меня это. Да ты чего не побрился? Колючий, как ёж. Милый мой, мне уже давно за семьдесят, а я и дня такого не припомню, чтобы без дела сидела. Как я свой дом брошу? Тут и Жучок, и Мася, и Уголёк. Мы уж лучше здесь, по-старому.
У ее ног тут же крутились преданный пес, кошка и худенький котенок с темной мордочкой. Артём посмотрел на них и невольно улыбнулся. Все трое будто понимали, что их сейчас обсуждают, и старались держаться поближе к хозяйке.
— Ладно, бабушка, — вздохнул он. — Скоро снова приеду. У меня отпуск намечается, тогда поживу у тебя подольше. Ты же не против?
— Против? — Варвара даже всплеснула руками. — Да я только рада буду. И невесту свою привози, вот что.
— Вот хитрая, — рассмеялся Артём. — Все ждешь, когда я попадусь. Нет у меня невесты. Наверное, еще не появилась на свет.
— Скажешь тоже! — возмутилась старушка, но глаза ее смеялись. — Тебе уж двадцать семь скоро. Это сколько же мне ждать, пока она появится да вырастет?
Они снова обнялись, посмеялись вместе, а потом Артём сел в машину и медленно покатил от дома, пока бабушка стояла у калитки, прикрывая глаза ладонью от вечернего света.
Он хотел выбраться с проселочных дорог до темноты. Дальше, на широкой трассе, ехать было бы легче, но пока машина мягко шуршала по гравию, подпрыгивая на мелких выбоинах, а вокруг тянулись поля, редкие кусты и влажные низины.
Разговор с бабушкой никак не выходил из головы. Артём не лукавил: невесты у него действительно не было. Были мимолетные романы, случайные симпатии, девушки, с которыми приятно провести вечер или пару недель, но ничего такого, о чем можно было бы сказать: вот она, моя будущая жена.
Он давно уже ловил себя на мысли, что хочет семьи. Не просто красивого лица рядом и не пустых обещаний, а настоящей близости. Хотелось, чтобы с человеком можно было разговаривать, молчать без неловкости, строить планы и не чувствовать, что рядом чужая душа.
По меркам большого города Артём считался завидным женихом. Жил один в просторной квартире, доставшейся ему после родителей, работал на хорошей должности, зарабатывал уверенно. Но с личной жизнью почему-то не складывалось. Ему попадались то девушки красивые, но поверхностные, то слишком расчетливые, то такие, рядом с которыми уже через пару встреч становилось скучно.
Артём усмехнулся, вспомнив Лидию. Когда-то ему показалось, что она может стать именно той, с кем стоит попробовать серьезно. Девушка приехала из небольшого поселка учиться, жила в общежитии, была бойкой, улыбчивой и на первый взгляд простой. Он несколько недель присматривался к ней, убеждал себя, что такая девушка должна быть домашней, терпеливой, хозяйственной. Потом однажды дал ей ключи от квартиры.
— Артём, родной мой! — Лидия тогда едва не подпрыгивала от счастья. — Ты не представляешь, как я тебе благодарна. Я сделаю все, чтобы ты не пожалел.
Но жалеть он начал довольно быстро…
