Алина устроилась финансовым аналитиком в крупную компанию и работала удаленно. Роман же никак не задерживался на одном месте. То продажи, то встречи с клиентами, то очередная офисная должность с красивым названием и скромным результатом.
Его заработок то немного вырастал, то снова падал, то превращался в обещания руководства, что скоро всё изменится. Алина никогда прямо не говорила, сколько получает сама. Когда Роман спрашивал, она отвечала спокойно:
— Нам хватает. Главное, что мы не считаем последние деньги на еду.
Он принимал это за скромность. А она просто не хотела ранить его самолюбие. Сначала ее доход был втрое выше, потом разница стала еще заметнее. Но Алина осторожно прятала правду за привычными фразами: «мы оплатили», «мы купили», «мы справились».
Машину оформили так, будто расходы делились поровну, хотя почти все платежи уходили с ее счета. Жилье записали на двоих, но первый серьезный взнос Алина внесла из денег, которые достались ей после смерти бабушки. Роман с гордостью рассказывал знакомым, как они вместе вытянули покупку и выплаты. Алина сидела рядом, улыбалась и молчала.
Она любила его. По крайней мере, тогда ей казалось именно так.
Ей нравилось просыпаться рядом. Нравилось, как он смеялся над глупыми моментами в фильмах. Нравилось готовить ужин, слушая его бесконечные рассказы о коллегах, клиентах и начальстве. Она не просто была замужем — она строила дом, в котором когда-нибудь должны были появиться дети, семейные привычки и спокойная старость.
Но около трех лет назад Роман стал другим.
Он устроился в большую технологическую компанию. Должность оказалась лучше прежних, деньги стали заметнее, перспективы — не пустыми словами, а чем-то реальным. Роман будто вытянулся, расправился, начал говорить увереннее, покупать дорогие рубашки и обувь, над которыми раньше сам же смеялся.
Потом в его жизни появился спортзал. Новая стрижка. Аккуратно подстриженная борода. Средства для укладки. Дорогой аромат, который прежде он называл бессмысленной тратой.
Алина радовалась за него. Ей казалось, что он наконец нашел свое место. Наконец перестал чувствовать себя хуже других. Она поддерживала его, хвалила костюмы, говорила, что он отлично выглядит.
И почти не замечала, как он всё реже интересуется ее делами. Как всё чаще остается после работы. Как в его жизни появляются вечера с коллегами, рабочие встречи, выезды, мероприятия и разговоры, куда «женам лучше не приходить».
А потом была та ночная сцена…
