— Во-первых, в этот кабинет принято входить после стука, — сказала Оксана. — Во-вторых, ваш зять сегодня доказал, что недостоин формы. И, наконец, я приехала не для соблюдения ваших негласных правил. Моё дело — требовать соблюдения закона.
Виктор Андреевич шагнул к столу и тяжело опёрся на его край, стараясь нависнуть над сидящей женщиной.
— Послушайте меня внимательно. Уже завтра я организую такую проверку вашего управления, что вы не успеете собрать вещи. Нарушения найдутся в каждой папке. Отпустите Романа сейчас, пока ситуацию ещё можно закрыть. Оформим всё как учебную проверку бдительности и забудем об инциденте. Иначе ваша карьера закончится раньше, чем началась.
Оксана поднялась. Она была ниже гостя, но спокойная осанка и прямой взгляд заставили его чуть отступить. Из ящика стола она достала небольшой диктофон. Красный огонёк показывал, что запись велась с той минуты, когда дверь распахнулась.
— Давление на расследование и прямая угроза должностному лицу при исполнении обязанностей, — негромко перечислила она. — Вы сами создаёте доказательства против себя. Эта запись уйдёт в центральную надзорную службу вместе с материалами по Бондаренко. А вашу проверку я встречу с удовольствием. Нам как раз требуется независимый аудит финансовых документов за три последних года.
Она перевела взгляд на Дорошенко.
— Уверена, заместителю начальника будет чем помочь проверяющим, особенно если сотрудничество учтут при определении его ответственности.
Подполковник заметно вздрогнул. Лицо стало ещё бледнее, а взгляд метнулся от Оксаны к её посетителю. Только теперь до него дошло, что новый начальник не торгуется и готов довести проверку до самого верха, даже если ради этого придётся разорвать все привычные связи.
Виктор Андреевич на несколько мгновений потерял дар речи. В этом городе одного упоминания его должности обычно хватало, чтобы люди меняли решения. Здесь же угрозы не только не подействовали, но и превратились в часть записи.
— Вы об этом пожалеете, — выдохнул он наконец.
Мужчина резко развернулся и вышел, едва не задев плечом застывшего в дверях Дорошенко. Оксана проводила его взглядом и снова села. Она понимала, что немедленная расправа, которой он пугал, скорее всего, была блефом. Однако попытки ответить на её действия обязательно последуют, и каждая из них потребует выдержки…
