— Кто закроет завтрашние смены? — спросила она. — Людей не хватает уже сейчас.
— Резерв готов, — ответил Мельник. — Я связался с учебным центром. Там есть способные выпускники, которые ещё не успели привыкнуть к здешним порядкам. Кроме того, большинство оставшихся действительно хочет перемен. Вы бы видели их после собрания: впервые за долгое время у людей появилась надежда.
Оксана кивнула, но не позволила себе успокоиться. Добровольные увольнения решали лишь часть проблемы. Те, кто годами пользовался старой системой, не откажутся от неё без сопротивления. Виктор Андреевич и связанные с ним люди наверняка уже готовили ответ.
Телефон на столе зазвонил прежде, чем она успела произнести это вслух. На экране появился номер руководителя региональной службы.
— Слушаю, — коротко ответила Оксана.
— Кравченко, что вы там устроили? — голос генерала загремел так громко, что отдельные слова услышал стоявший рядом Мельник. — Надзорное ведомство завалило меня жалобами. За час у вас уволилась почти половина управления. Город останется без дорожного контроля. Вы понимаете, какую ответственность на себя взяли?
Оксана молчала, давая ему закончить.
— Реформы проводят постепенно, а не устраивают переворот в первый день, — продолжил генерал. — Умерьте пыл. Примите обратно заявления Дорошенко и остальных. Проведём разбирательство спокойно, без публичной войны.
— Если я верну их только потому, что на нас давят, то ничем не буду от них отличаться, — ответила Оксана. Её тон оставался ровным, но каждое слово звучало твёрдо. — Дороги без контроля не останутся. Смены уже перераспределяются, резерв поднят. А происходящее не переворот, а восстановление порядка.
— Вы слишком далеко заходите.
— Если от меня требуется сохранить службу источником дохода для людей с влиятельными родственниками, можете освободить меня от должности. Но пока я отвечаю за управление, оно будет работать по закону.
В трубке повисла долгая тишина. Генерал знал о репутации Оксаны и понимал, что открыто остановить расследование будет непросто.
— Хорошо, — наконец произнёс он. — Но ответственность целиком ваша. Если завтра в городе начнётся беспорядок, отвечать придётся лично.
Разговор оборвался. Оксана положила телефон и посмотрела на Мельника.
— Поднимайте всех, Андрей. Сегодня мы сами выйдем на дороги. Каждый житель должен увидеть, что неприкасаемых больше нет. Проверять будем одинаково — старые машины и дорогие автомобили с особыми номерами. Начало через два часа.
Она переоделась в форму. Идеально выглаженный китель и полковничьи знаки отличия преобразили её, но внутри это оставалась та же женщина, которая несколько часов назад терпеливо сидела за рулём, пока Бондаренко бил по крыше. Только теперь её полномочия были видны всем.
Когда Оксана вышла в коридор, сотрудники уже не жались к стенам. Они строились в группы перед инструктажем, проверяли оборудование и распределяли маршруты. Впервые за много лет в здании ощущался не застой, а напряжённый ритм настоящей службы. Ночь обещала стать решающим испытанием…
