— сразу спросил Дмитрий, приподнявшись на локте.
Она невольно улыбнулась. Они с мужем чувствовали друг друга тонко, почти без слов. Если одному было плохо, второй неизбежно просыпался рядом.
— Ничего. Всё нормально. Спи.
И, будто выговорив это, она почти сразу уснула снова.
Утром к ней явился адвокат обвиняемых — Артур Леонидович Вержбицкий, человек с неприятной мягкостью в голосе и липкой улыбкой.
— Елизавета Андреевна, рад приветствовать, — пропел он и попытался поцеловать ей руку.
Лизе тут же захотелось вымыть пальцы с мылом.
— Здравствуйте. Что вам нужно?
— Что может понадобиться адвокату от судьи? Разумеется, разговор о взаимной пользе. От имени моих клиентов, конечно.
— Ответ нет.
— Но вы даже не знаете, что я собирался предложить.
— И знать не хочу. Людей вроде ваших клиентов я не считаю достойными снисхождения.
— Елизавета Андреевна…
— Разговор окончен.
Когда на заседании она увидела лица обвиняемых, поняла: они её узнали. Страх мелькнул у каждого по-своему. Один побледнел, другой опустил глаза, третий нервно облизнул губы. И в этот момент Лиза почувствовала, что часть старого долга уже возвращена.
Но только часть.
«Ничего, — думала она, слушая прокурора. — Теперь музыка будет играть не для вас, а над вами».
Один из бывших одноклассников, Павел Мельников, работал в театре на мелкой технической должности. В тот день он привёл туда своих приятелей, и они устроили пьянку после рабочего времени. Жертвой стала молодая костюмерша. У неё было много дел перед важным спектаклем, поэтому она задержалась допоздна.
Во время этой попойки Степан вышел в коридор и заметил девушку. Дальше всё развивалось по знакомому, страшному почерку.
— Мельников достал ключи, открыл гримёрную и втолкнул меня внутрь, — говорила потерпевшая в суде. — Потом дверь закрыли. Я услышала, как щёлкнул замок.
У Лизы на секунду похолодели руки.
«Даже способ тот же», — подумала она с горькой усмешкой.
Она слушала показания, а перед глазами вставали люди из прошлого: четверо парней, Кира с победной улыбкой, равнодушный следователь, врач, учителя, одноклассники, все те, кто смотрел, оценивал, сомневался, но не защитил.
— В надругательстве участвовали все четверо?
