Лето 1987-го. Глухая деревня Берёзовка в центральном регионе. В эту тишину возвращается молодая учительница биологии Елена Смирнова.
Ей 24 года, она только что защитила диплом в педагогическом институте. Родом отсюда, поэтому её сразу приняли на практику в восьмилетнюю школу.
Муж, лейтенант Виктор, третий год находится в горячей точке. Дочке Маше 4 года, она живёт с бабушкой. Елена приехала одна.
Она приехала с чемоданом учебников, гербарием и надеждой, что муж вернётся живым. Дети её полюбили сразу. Она рассказывала про клетки, про фотосинтез, про то, как в природе всё связано.
Улыбалась, поправляла очки, заплетала косу в аккуратный узел. Обычная молодая учительница. Никто не думал, что через месяц её жизнь разорвётся на «до» и «после».
А потом в деревню внезапно переехали трое новеньких. Это были не просто семьи. Это были семьи больших людей.
Отец Виктора Ковалёва — заместитель председателя областного совета по сельскому хозяйству. Отец Сергея Морозова — начальник районного отдела полиции.
Отец Дмитрия Лебедева — директор аграрного техникума, член местного совета. Три парня шестнадцати лет. Второгодники, переехавшие из города.
Они ходили в ярких куртках «Адидас», ездили на тяжелых мотоциклах, а в карманах носили пачки «Мальборо». Все знали — тронешь их, тронешь отцов. А отцы решают всё.
Они решают, кто работает директором школы, кто получает премию, кто остается без работы. Парни сразу записались к Елене на дополнительные занятия по биологии, якобы «подтянуть программу». Директор настоял на этом, ведь таким семьям не откажешь.
Елена согласилась, так как доплата была ей нужна. «Дети как дети», — думала она. Но она сильно ошибалась.
Они пришли втроём на четвёртое занятие. Заперли дверь кабинета и выключили свет. И сделали то, о чём в обычной деревне даже шёпотом не говорили.
Старый автобус с облупленной жёлтой краской выдохнул облако солярки и остановился у покосившегося столба с надписью «Берёзовка». Елена Смирнова спрыгнула на пыльную обочину, придерживая сумку с учебниками и гербарием. Ей было 24, но в деревне она казалась ещё моложе.
Она была тонкой, в простом ситцевом платье в мелкий горошек, с косой до поясницы и очками в тонкой оправе. — Леночка! — крикнула с крыльца бабушка Маруся, вытирая руки о фартук.
— Живая приехала! Елена устало улыбнулась и пошла к дому, волоча за собой чемодан. Маша, четырёхлетняя копия матери, выбежала навстречу, но остановилась в двух шагах…
