— спросила Алина.
— Сначала проверка. Опросим свидетелей, запросим документы, подтвердим архивные сведения. Если информация совпадет, будет получено разрешение на вскрытие пола в бывшем доме вашего мужа.
— Сколько времени?
— Несколько дней. Возможно, около недели. Вы понимаете, что после заявления все пойдет своим ходом?
Алина посмотрела ему прямо в глаза.
— Я должна знать, что с ней случилось.
Климов кивнул.
— Тогда пишите заявление. Подробно. Не только факты, но и странности в его поведении. Разговоры о деньгах тоже укажите.
Она писала долго. О звонке. О браке. Об Еве. О том, как Виктор всегда уходил от разговоров о прошлом. О доверенности. О страхе, который теперь не отпускал. Когда она закончила, пальцы дрожали так сильно, что ручка едва не выпала из руки.
Климов принял заявление.
— Сейчас ваша задача — сохранить спокойствие. Муж не должен понять, что идет проверка. Я свяжусь с вами, когда будут результаты.
На улице Алина впервые за долгое время почувствовала не облегчение, а хотя бы слабую опору. Она сделала то, что должна была.
— Спасибо, — сказала она Рудину.
— Благодарить рано, — ответил он. — Самое тяжелое еще впереди.
Следующие дни стали пыткой ожидания. Алина старалась вести себя как обычно, но спокойствие давалось все хуже. Виктор начал наблюдать за ней внимательнее. Спрашивал, с кем она говорит. Однажды взял ее телефон со стола, будто случайно, и задержал его в руке на пару секунд дольше, чем нужно.
На пятый день позвонил Климов.
— Проверка подтвердила основные сведения. Свидетели дали объяснения, архивные документы совпали. Послезавтра утром будет произведено вскрытие пола в доме, который раньше принадлежал Виктору Горину. Ваше присутствие не обязательно, но вы имеете право приехать.
— Я буду, — сказала Алина сразу.
В назначенный день она сказала Виктору, что уезжает на пару дней по делам компании. Он нахмурился.
— Работа важнее мужа?
Он произнес это почти шутливо, но взгляд не улыбался.
— Это срочно.
— Ладно. Звони.
Алина взяла небольшую сумку и уехала.
Дом стоял в тихом поселке: два этажа, простой забор, голые ветви деревьев, узкая дорожка к крыльцу. У калитки нервно курил нынешний владелец, Денис Орлов. Рядом стояли служебные машины.
Климов вышел из дома и коротко кивнул Алине.
— Начинаем.
Внутри уже работали специалисты. В помещении, похожем на кладовую, был участок пола, под которым, согласно старому плану, располагался вход в подвал.
— Раньше здесь был обычный подвал, — объяснил Климов. — Потом ваш муж заявил, что помещение законсервировано. Пол засыпали и залили толстым слоем бетона. Начнем отсюда.
Когда включили инструменты, дом наполнился тяжелым грохотом. Бетон крошился медленно, серая пыль висела в воздухе. Алина стояла у стены, не в силах отвести взгляд.
Прошел час. Потом еще один.
Наконец один из рабочих остановился.
— Сергей Николаевич, здесь что-то есть.
Климов подошел ближе. Под расколотым бетоном показалась земля.
Дальше работали осторожнее. Грунт выносили ведрами, слой за слоем. Время потеряло форму. Алине казалось, что она стоит в этом доме уже много часов, хотя часы на стене показывали совсем другое.
Потом лопата задела темную истлевшую ткань.
— Осторожно, — резко сказал Климов. — Всем аккуратно.
Алина сделала шаг ближе, хотя тело будто пыталось удержать ее на месте.
Через несколько минут из земли показались кости.
Человеческие останки, завернутые в остатки ткани.
— Работы остановить, — приказал Климов. — Вызывайте экспертов. Помещение фиксируем как место преступления.
Алина вышла на улицу, держась за стену. Ее мутило. Ноги не слушались. Она опустилась на ступеньки крыльца и закрыла лицо руками.
Значит, это правда.
Ева была мертва.
Виктор убил ее и спрятал здесь.
Климов вышел позже.
— Вам лучше уехать. Здесь еще долго будут работать. Я сообщу, как появятся первые результаты.
— Это она? — прошептала Алина.
— Официально пока рано говорить. Но предварительно — да.
Денис Орлов стоял неподалеку, бледный и растерянный.
— Я не знал, — сказал он тихо. — Когда покупал, он говорил, что срочно переезжает. Цена была хорошая. Я подумал, человеку нужны деньги.
— Вы не виноваты, — ответила Алина.
Дорогу назад она почти не запомнила. Сидела в машине, смотрела в окно и повторяла про себя одно и то же: я жила рядом с убийцей. Я целовала его. Спала с ним в одной постели. Верила ему.
Вечером позвонил Климов.
— Предварительное заключение готово. Останки принадлежат женщине примерно двадцати — двадцати пяти лет. Причина смерти — перелом шейных позвонков. Есть множественные переломы ребер, признаки борьбы. Рядом обнаружена сумка с документами на имя Евы Гориной и старый телефон.
Алина закрыла глаза.
— Значит, это точно она?
