Обычный сон обернулся для неё странным открытием

Она задержалась у ящика дольше, чем собиралась. Первая мысль была настороженной: как он понял, куда положить записку? Он ведь видел только подъезд, но не номер квартиры. Спросил у кого-то? Оставил почти наугад? Странно, конечно. Оксана не собиралась делать вид, что это обычная ситуация. И всё же в этой странности было что-то неуверенное, почти трогательное. Не роскошный жест, не напор, не самоуверенная попытка произвести впечатление — всего лишь листок в клетку, кривоватый почерк и осторожное приглашение.

Она убрала записку в сумку. Весь день то забывала о ней, то снова вспоминала. В памяти всплывали его смущённое лицо, виноватые интонации и то, как он старался смотреть ей только в глаза. Оксана не стала отвечать сразу. Ей нужно было понять, не путает ли она усталость с симпатией, а случайное внимание — с чем-то большим. Только через три дня вечером она достала листок, переписала номер и набрала короткое сообщение: «Давай в субботу».

Ответ пришёл почти сразу: «Буду рад. Где тебе удобно?»

Они встретились в маленькой кофейне у метро. Оксана пришла немного раньше, выбрала столик у окна и неожиданно для себя поняла, что волнуется. Не так, как в юности, не с ожиданием чудес, а тише — как человек, который давно не соглашался на встречу с почти незнакомым мужчиной и не знал, чем обернётся этот шаг. Назар появился ровно вовремя. В руках у него был небольшой букет ромашек — простых, светлых, немного растрёпанных.

— Это тебе, — сказал он. — Если уже можно на «ты».

Оксана приняла цветы.

— Ромашки?

— Розы показались бы слишком торжественными. Не хотелось делать вид, будто я всё продумал.

— То есть ты решил быть честно неловким?

— Кажется, это у меня получается естественнее всего.

Она рассмеялась, и напряжение сразу стало легче. Они заказали кофе. Сначала говорили о пустяках: о позднем метро, о погоде, о том, как по-разному выглядит город утром и ночью. Потом разговор сам собой перешёл к работе. Назар оказался инженером-строителем. Он тоже часто задерживался, тоже знал, как выглядит вечер после бесконечных срочных задач, когда выходишь на улицу и понимаешь, что сил осталось только на дорогу домой.

— Значит, ты тоже каждый день обещаешь себе уйти вовремя? — спросила Оксана.

— Почти. И обычно сам же это обещание нарушаю.

— Знакомо. У нас любой отчёт сначала кажется простым, а потом превращается в чудовище.

— У меня то же самое с проектами. В начале всё ясно, а потом кто-нибудь решает, что половину нужно срочно переделать.

Они улыбнулись друг другу, узнавая в чужой усталости свою. Назар рассказал, что живёт один, что был женат, но давно развёлся, что любит путешествовать, хотя из-за работы редко получается выбраться. Оксана говорила о проектах, сроках и о своей давней мечте найти когда-нибудь что-то спокойнее, без постоянного ощущения, что каждый вечер нужно доказывать собственную выносливость.