Кот начал истошно кричать и кусать спящую хозяйку за руки, не давая ей спустить ноги с кровати. Рассерженная женщина хотела ударить его, но когда взглянула на пол в лунном свете, ее пробил холодный пот.
По паркету у кровати медленно тянулась тонкая черная полоска.
Сначала Мария подумала, что это ремешок от ее халата или шнур зарядки, упавший ночью со столика. Она еще не до конца проснулась: в ушах стоял кошачий визг, в пальцах пульсировала боль от укуса, сердце билось глухо, будто кто-то стучал кулаком изнутри грудной клетки. Но полоска дрогнула.
Потом подняла голову.
Мария перестала дышать.
Гадюка, темная, короткая, с тусклым узором на спине, лежала между кроватью и тапочками, которые Мария всегда ставила носами к двери. Змея была совсем близко — там, куда через секунду опустилась бы ее босая ступня.
Кот Мур, огромный серый кот с белой грудкой и порванным ухом, стоял на самом краю матраса, выгнув спину дугой. Его глаза горели зелеными стекляшками. Он хрипло рычал, так низко и страшно, что Марии вдруг стало стыдно за свою злость: еще мгновение назад она замахнулась на него подушкой, готовая прогнать, обозвать, оттолкнуть.
— Господи… — выдохнула она, не узнавая своего голоса.
Змея снова шевельнулась.
Мария медленно подтянула ноги под одеяло и нащупала телефон. Рука дрожала так сильно, что пальцы скользили по экрану. Она нажала вызов не туда, сбросила, снова ткнула, набрала дежурную службу дома, потом соседку. Голос в трубке был сонный, раздраженный.
— Мария Сергеевна? Что случилось?
— У меня… змея. В спальне. Не открывайте дверь подъезда. Вызовите кого-нибудь. Я… я не могу встать.
На другом конце повисла пауза.
— Какая змея?
— Живая, — прошептала Мария и вдруг почувствовала, как по спине побежал ледяной пот. — Она живая.
Мур сорвался с места и ударил лапой по полу рядом со змеей, не давая ей повернуть к кровати. Та резко дернулась. Кот отскочил, зашипел. Мария вскрикнула, прижала телефон к груди и замерла, боясь даже моргнуть.
Через десять минут в дверь уже колотили.
— Маша! Открывай! — кричала соседка Анна Павловна, пенсионерка с первого этажа, бывшая медсестра, женщина крепкая, широкая, вечно пахнущая валерьянкой и свежевыпеченными пирожками. — Ты жива?
— Не могу открыть! — крикнула Мария, чувствуя, как голос срывается. — Она возле кровати!
Снаружи загремели мужские голоса. Кто-то ругнулся. Потом щелкнул замок.
Мария вдруг вспомнила, что вечером сама заперла дверь на нижний замок, но верхний оставила открытым. Как они вошли? Эта мысль мелькнула быстро, как искра, и тут же погасла в панике. В коридоре загорелся свет. В спальню осторожно вошел Виктор, сосед с третьего этажа, в спортивных штанах и майке, с длинной шваброй в руках. За ним — Анна Павловна с пластиковой коробкой из-под торта.
— Не подходите! — зашипела Мария.
Виктор остановился…
