Ильницкая долго перелистывала документы, хмурилась. Затем обратилась к Деркачу:
— Кроме слов свидетеля, у вас есть подтверждение, что кровлю оплачивал истец?
— Подадим к следующему заседанию, ваша честь.
— Подайте. — Судья снова постучала ручкой. — Вопрос об отмене обеспечения рассмотрим, когда поступят ответы на запросы. У банка суд запрашивает выписку за всё время существования счёта ответчицы, у микрофинансовой организации — сведения о получателе займа. Рассмотрение дела откладывается.
Уже на выходе Дениска впервые посмотрел на Дашу. Ни раскаяния, ни любви, ни даже злости в этом взгляде не было. Он выглядел растерянным, словно всё рассчитал в механизме, но при сборке обнаружил незамеченную деталь.
Лариса Олеговна прошла мимо, даже не повернув головы. Возле выхода она остановилась, шепнула что-то сестре. Тётя Раиса кивнула и долго, тяжело смотрела на Дашу.
Вечером на кухне Антонины Игоревны Даша перебирала бабушкины тетради. Сообщение пришло с номера свекрови. Ни приветствия, ни смайликов, ни привычных ошибок — будто текст набирал другой человек.
«Решила, что всех умнее? На следующем заседании расскажу, как ты сама дала Дениске телефон с паролями и позволила взять заём на ремонт, для семьи. Разрешила за столом, при мне. Он подтвердит. И Раиса подтвердит, и Гоша, и Боря. Четверо против одной. Посмотрим, кому поверит судья — сироте или семье».
Даша перевернула телефон экраном к столу. Перед ней лежала открытая тетрадь: аккуратные бабушкины буквы, клеточка за клеточкой. Год замены крыши. Июль.
Четверо против одной.
Она перелистнула страницу.
Утром Даша принесла Поповичу три тетради в клетку, стянутые бечёвкой. Леонид Никитич развязал их, надел очки. В первой тетради каждый месяц занимал страницу: дата слева, запись о расходе в середине, сумма справа. Мелкий округлый учительский почерк, никаких помарок. Внизу — итог с двумя чертами под ним.
— Это год, когда меняли крышу, — сказала Даша. — Найдите июль. Вот.
Нужную страницу Попович читал вслух неторопливо, словно оглашал завещание:
«На крышу: металл, саморезы, водостоки — двести четырнадцать тысяч триста. Бригада Борисюка, четыре человека, шесть дней — сто восемьдесят шесть тысяч. Гриша снял со вклада, квитанция в коробке. На обед рабочим — три тысячи двести. Деня, Дашин муж, помогал подавать листы. На бензин дала ему две тысячи. Боря, его брат, приехал на один день, рано уехал. Дала на дорогу пятьсот».
Сняв очки, адвокат посмотрел на Дашу так, будто вместо тетради она вручила ему слиток золота.
— «Квитанция в коробке». Что за коробка?
— Из-под дедовых ботинок. Бабушка собирала в неё чеки за год, все квитанции. Я и её сохранила. Там банковская квитанция с печатью — дед снимал деньги со вклада.
— Дарья Алексеевна, своей давней записью твоя бабушка уже выиграла нам дело. Осталось донести доказательства до суда.
Он взялся за другие тетради. Записи за годы Дашиного брака теперь заставляли её краснеть.
«Даша заплатила за Ларин санаторий — сто двадцать тысяч. Из собственных денег».
«Деня попросил у Гриши пятьдесят тысяч на шиномонтаж. Гриша дал. Не вернул».
«Деня снова просил, теперь на мойку. Гриша отказал. Уехал обиженный, не попрощался».
Бабушка замечала всё. Не спорила, не поясняла — заносила в тетрадь, клетка за клеткой.
— Пришли мне ещё сообщение с номера свекрови, — сказал Попович, отодвигая тетради. — То, где обещаны показания четверых. Для нас это подарок, хоть тебя им и пугали.
— Почему?
— Здесь письменно изложен план лжесвидетельства. Своими руками изложен. До допроса каждый свидетель получает предупреждение об уголовной ответственности за заведомую ложь, вплоть до двух лет. Я покажу текст судье. Тогда и увидим, сколько из четверых захотят его подтвердить.
Полтора месяца спустя Даша снова поднималась по ступеням суда. Над зданием было низкое белое небо; снег скрипел под ногами так отчётливо, что слышался каждый шаг.
В людном коридоре Лариса Олеговна сидела вместе с тётей Раисой, Георгием Артёмычем и Борей. Все оделись в тёмное, как на похороны. У окна Дениска вполголоса беседовал с Деркачом.



















Поделитесь впечатлением от истории
5Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Відчула страх,як можна жити з такими людьми які як хижаки хочуть чужих грошей.Рада що Дарія виграла суд і вся спадчина залишилась її.Дякую за розповідь
Насолоду від цікавої історії що щасливо і справедливо закінчилась
Гарна історія ,А головне повчальна .
Дуже повчальна історія
Згадала себе. Мене теж дурив чоловік, свекруха і її діти. Я виросла в сім'ї де довірою дорожили, де карали за брехню, крадіжку, наклеп. Я думала, що так було в усіх сім'ях. Про все дізналась після смерті чоловіка від уже дорослого сина. Він думав, що я знала і за те сердився, що я нічого не робила. Свекрухи половини дітей її не має. Після цієї розповіді я зрозуміла чому син вигнав всю родину чоловіка з двору на другий день після похорону. Я ще тоді насварила сина, що так не можна. Він до цих пір нічого не розповів, не хоче тривожити. Хоч з часом я сама стала догадуватись. Сумно.