На свадьбе свекровь открыто сказала, что ждёт от меня денег, но мой ответ изменил весь вечер

— Агентство у тебя своё, да? — будто ласково уточняла Галина Марковна. — И давно? А прибыль хорошая выходит? Машина, я смотрю, дорогая. Квартира тоже твоя? Большая? В центре?

Олеся отвечала ровно, стараясь не показать раздражения. Она не хотела начинать отношения с будущей свекровью с обиды, не хотела казаться высокомерной городской женщиной, которая презирает простые вопросы. Но чем дольше длился ужин, тем сильнее ей казалось, что её не узнают, а просчитывают.

Назар сидел рядом, ел салат и улыбался, словно разговор был самым обычным. Когда она попыталась сменить тему, он лениво сказал:

— Мам, не допрашивай её. Олеся у меня молодец, всего сама добилась.

Тогда эти слова показались ей защитой. Почти комплиментом. Лишь позже она поймёт, что для него и его матери фраза «сама добилась» означала совсем другое: у неё есть что взять.

После той поездки Олеся пыталась убедить себя, что всё нормально. Ну да, Галина Марковна была простой, резкой, любопытной женщиной. Она волновалась за сына, хотела понять, с кем он свяжет жизнь. Олеся даже стыдила себя за подозрительность. Ей казалось, что она, привыкшая к переговорам и скрытым мотивам, просто переносит деловую настороженность туда, где нужно быть мягче.