Муж сделал тест ДНК, но жена решила перепроверить результат и разобраться в том, что произошло десять лет назад

— Раиса Степановна, Максим у вас?

— Здесь. Примчался как ошпаренный. Что у вас произошло? От него ничего толком не добьёшься, — тревожно ответила свекровь.

— Я сама ничего не понимаю. Позовите его, пожалуйста.

В трубке послышался недовольный голос Максима. Он спорил с матерью, отказывался говорить с женой, но Раиса Степановна всё-таки настояла на своём.

— Почему ты решил, что Жанна тебе не родная? Это же неправда! — заговорила Ирина, едва он подошёл. — Зачем заставляешь меня оправдываться? Зачем так унижать?

— Тебя унижаю? Это ты меня унизила! Я тебя до небес возносил, а ты изменяла мне. Анализ показал: Жанна не от меня, — произнёс он, едва удерживаясь от слёз.

— Максим, такого быть не может. Тут страшная ошибка, поверь! Давай проверим ещё раз. Не разрушай нашу семью, прошу тебя. Я ничего дурного не сделала.

Он оборвал разговор. Ирина снова позвонила, но теперь муж наотрез отказался подходить к телефону.

Ночь она провела на кухонном подоконнике. После такого потрясения было не до сна. Ирина не могла принять, что любимый муж потерян, притом без всякой её вины. Нужно было что-то предпринять, но что именно, она пока не знала.

В своей комнате крепко спала десятилетняя Жанночка — добрая, отзывчивая девочка, всей душой привязанная к семье. Ирина боялась даже представить, как скажет ей об уходе папы. Такая новость могла погубить детскую душу. Да и само обвинение не укладывалось в голове: Жанна столько переняла от Максима, так на него походила! Это недоразумение следовало немедленно разрешить.

Тогда Ирину пронзила мысль: доказательство может дать она сама. Проверит своё материнство, принесёт заключение мужу — и добьётся, чтобы он повторил исследование. Костьми ляжет, но убедит его, что никогда не изменяла.

Утром она отправилась сдавать анализ. За ответ Ирина не тревожилась, как прежде не тревожился Максим. Она сама родила Жанну — какие тут могли быть сомнения?

Однако заключение отрицало и её материнство.

— Как это — я не мать?

У Ирочки подкосились ноги. Она потеряла сознание прямо в клинике, а когда очнулась, решительно отказалась от медицинской помощи. Домой шла понуро. В голове не укладывалось происходящее: ошибки медиков, одна за другой, — и как с этим теперь жить?