— Ты его любишь?
Я опустила голову.
— Может быть. Но из этого ещё не следует, что мне надо возвращаться.
— Знаю. А если однажды сама захочешь вернуться, не бойся, что скажут люди.
Я посмотрела на неё.
— Ты меня не будешь винить?
— За что?
— За то, что я ошиблась в своём выборе.
Мать ласково улыбнулась.
— Один ошибочный выбор не значит, что ты должна всю жизнь продолжать ошибаться.
Я долго обдумывала её слова. Раньше я считала, что стать взрослой — значит набраться сил и больше ни в ком не нуждаться. Со временем я поняла, что надо ещё разобраться, чего хочешь сама, что тебе дорого и с чем ты готова расстаться. И что можно дать человеку шанс, не поступаясь тем, что для тебя важно.
Через неделю договор по проекту официально подписали, и команда получила первый аванс. Увидев поступление на счёте, я испытала огромное облегчение. Дело было не в размере аванса. За этой суммой стояли месяцы, когда я ухаживала за Софией и работала допоздна, а люди вокруг сомневались, что женщина с маленьким ребёнком способна на многое.
Вечером я пригласила маму и Софию поужинать вне дома.
— Что-то хорошее случилось? — спросила мать.
— Я подписала крупный договор. — Я улыбнулась.
Мать так обрадовалась, что весь ужин подкладывала мне еду. София ела рядом и вдруг сказала:
— Мама у меня самая лучшая.
Я рассмеялась.
— Это кто тебе сказал?
— Папа.
Я замерла. Мать взглянула на меня и улыбнулась. Я вернулась к еде. Как поздно я услышала эти слова от него, пусть даже их передала София. И всё-таки они меня тронули.
В тот же вечер позвонил Вадим.
— Вы уже поужинали?
— Да, София уже спит.
— Мне нужно с тобой поговорить.
— Я слушаю.
— Я поговорил с мамой. Если ты решишь вернуться, мы будем жить отдельно. — Я промолчала, и он продолжил: — Я ей прямо сказал, что вмешиваться в воспитание Софии не позволю.
— Как она это приняла?
— Ей не понравилось.
— Ты не передумаешь?
— Нет. — Я закрыла глаза. Вадим продолжил: — Я не хочу, чтобы повторилось то, что было три года назад.
Я не сразу нашла, что ему сказать.
— Вадим, если ты действительно хочешь семьи, пойми: нельзя строить её так, чтобы женщина за это расплачивалась своими страданиями.
— Я понимаю.
— И если мы сойдёмся, я продолжу работать.
— Я знаю.
— И решения буду принимать сама.
— Согласен.
— И ты больше не будешь у меня на первом месте.
— Ты и не обязана ставить меня на первое место, — сказал Вадим. Я замолчала. — Тебе не надо сейчас ничего отвечать, — продолжил он.
— Спасибо.
— Я только хочу, чтобы ты знала: на этот раз я говорю всерьёз.
Когда разговор закончился, я положила телефон. За окном было ясное ночное небо. Мне казалось, что между нами многое стало понятнее.
Утром я только пришла в офис, когда Полина позвала меня в отдельную переговорную и положила передо мной другую папку.
— Оксана, посмотри, пожалуйста, до того, как мы начнём второй этап.
Хватило первых строк, чтобы я выпрямилась на стуле. Передо мной был внутренний финансовый отчёт по проекту компании Вадима. Работы отставали от плана. Несколько давних партнёров просили изменить условия договора. Часть расходов выглядела сомнительно.
Полина посмотрела на меня.
— Ты об этом знала?
Я покачала головой.
— Нет.
— Мы подозреваем, что у проекта есть внутренние проблемы.
Я снова посмотрела на цифры. В тот момент я не чувствовала себя женой, которой рассказывают что-то о муже. Передо мной была задача по работе. Я положила документы.
— Здесь всё надо проверить заново.
— Вот именно. — Полина кивнула.



















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.