Ирина резко остановила свой уверенный марш, когда заметила Артура, спокойно сидящего на пластиковом стуле ожидания. Мирно лежащей у него на коленях, крепко спящей, была маленькая Лиля. Идеальное аристократическое лицо Ирины ненадолго исказилось в маску неподдельного отвращения при виде немытого ребенка. Она взяла себя в руки и свирепо посмотрела на Артура.
— Что ради всего святого это значит? — потребовала она, ее голос был намеренно низким, но острым как бритва. — Почему ты сидишь в государственной больнице, держа на руках грязного уличного ребенка?
— Сбавь тон! — скомандовал Артур низким опасным грохотом, отказываясь отрывать свой защитный взгляд от спящего лица Лили.
— Артур, мне нужно поговорить с тобой немедленно наедине. У нас срочная юридическая ситуация, которая требует твоей подписи прямо сейчас. Если ты откажешься подписать эти бумаги сегодня вечером, ты потеряешь полный контроль над исполнительным советом к завтрашнему утру.
Артур поднял голову, впервые с тех пор, как она вошла в коридор, устремив свои холодные, расчетливые глаза в ее. Он смотрел на нее точно таким же мертвым и безэмоциональным взглядом, который он приберегал для безжалостных конкурентов, пытающихся блефовать на многомиллионных переговорах. Это был спокойный, бездонный и ужасающий взгляд.
— Ирина, я точно знаю, что ты сделала, – констатировал он с пугающей точностью. — Я знаю все о фальшивом медицинском свидетеле. Я точно знаю, сколько денег ты украла с моих частных счетов, чтобы тайно нанять человека, стоящего рядом с тобой. У меня есть каждая отдельная часть корреспонденции, задокументированная и обеспеченная.
Ирина полностью замерла. Ее тщательно выстроенный фасад превосходства не разбился в дребезги. Вместо этого он медленно, жалко растаял, напоминая дешевую краску, смываемую в канализацию под проливным дождем.
— Ты выдвигаешь дикие обвинения, – пробормотала она. Но высокомерный яд исчез из ее дрожащего голоса.
— Нет, – парировал Артур плавно. — Если ты не развернешься, я выйду из этих дверей прямо сейчас и никогда больше не покажу твое лицо в моем городе. Я могу подумать о том, чтобы не передавать это огромное досье в полицию. Но если ты простоишь здесь еще хоть одну секунду, пытаясь играть со мной в игры, я немедленно наберу номер начальника полиции, человека, который был моим личным другом целых пятнадцать лет…
