Врач тяжело вздохнула.
— Она получила черепно-мозговую травму средней степени тяжести от удара. Её жизненные показатели стабильны, но она остаётся без сознания. Её способность полностью восстановиться будет зависеть от качества непрерывного ухода, который она получит в течение следующих нескольких трудных недель. Ей потребуется огромное количество отдыха и постоянный специализированный мониторинг.
Доктор замешкалась, опуская глаза.
— И, ну, медицинские расходы накапливаются. Похоже, у неё нет никакой медицинской страховки в записях.
Не разрывая зрительного контакта, Артур расстегнул свой сшитый на заказ пиджак, достал матовую чёрную кредитную карту из своего кожаного бумажника и вложил её прямо в ладонь ошеломлённому врачу.
— Вы будете переводить каждый отдельный счёт, каждую процедуру и каждое лекарство на эту конкретную карту, — твёрдо сказал он. — Здесь нет лимита расходов. Вы делаете всё, что необходимо с медицинской точки зрения, чтобы спасти её, независимо от стоимости.
Врач ошарашенно посмотрела на эксклюзивный кусок металла, затем взглянула на смертельно серьёзное выражение лица Артура и, наконец, опустила взгляд на маленькую Лилю. Ребёнок крепко держал Артура за руку, её маленькая сумочка была надёжно спрятана под другой рукой.
— Можно я, пожалуйста, пойду и увижу мою маму сейчас? — спросила Лиля тихим шёпотом.
Они толкнули тяжёлую деревянную дверь и шагнули в тусклую палату. Мария неподвижно лежала в центре кровати, её кожа была бледной на фоне белых простыней. Толстая белая повязка была надёжно обмотана вокруг её головы. Лиля приблизилась к металлическим поручням кровати медленными, нерешительными шагами. Она протянула руку сквозь прутья, положила свою крошечную ручку на обмякшие пальцы матери и стояла совершенно неподвижно.
Голосом, в котором не было страха и который не дрожал, она заговорила в тихой комнате:
— Мама, я прямо здесь с тобой. Я в безопасности. Бог послал человека, чтобы помочь нам, в точности так, как ты обещала, что он сделает. Теперь ты можешь спать спокойно.
Артур почувствовал внезапное сдавливающее ощущение в груди и был вынужден сделать шаг назад из комнаты. Он стоял один в холодном коридоре, тяжело опираясь на безупречно белую стену. В его глазах жгло, когда незнакомая волна слез грозила пролиться.
И именно там, в этом одиноком коридоре, его мобильный телефон снова начал вибрировать. На этот раз определитель номера высветил имя его элитного корпоративного адвоката. Голос мужчины затрещал из динамика, вибрируя агрессивной срочностью и триумфом.
— Артур, мы наконец-то загнали ее в ловушку! Ирина совершила катастрофическую ошибку. Она использовала мошеннического медицинского свидетеля для подписания документов о ее компетентности, и мои частные детективы только что получили неопровержимые доказательства транзакции. Если ты дашь мне зеленый свет, мы можем законно разрушить ее жизнь прямо сейчас.
Артур повернул голову, глядя сквозь узкое стеклянное окно в двери больницы. Внутри маленькая Лиля держала свою мать, находящуюся без сознания, за руку. Ее голова была склонена в безмолвной молитве. Это была пятилетняя девочка, которая самоотверженно молилась за расстроенного незнакомца в общественном парке. И чудесным образом ее собственное спасение прибыло задолго до того, как были разрешены его собственные битвы.
Но худшая часть этого хаотичного дня все еще приближалась. Просто потому, что коварная Ирина не знала, что она уже проиграла войну. И как только она поймет, что ее грандиозный план испарился, она непременно должна была обрушить шторм, который мог бы поставить под угрозу все.
Менее чем через час Ирина уверенно вышагивала через главный вход больницы, демонстрируя ядовитую улыбку, которая, как она еще не понимала, станет ее последней. Она материализовалась в конце коридора второго этажа ровно в шесть часов вечера. Она выглядела высокой, элегантной и пахла дорогими духами. Ее агрессивный адвокат шел рядом с ней, сжимая в руках толстый кожаный портфель с последними документами, которые Артур должен был подписать.
Она несла в себе излучающую уверенность хищника, который твердо верил, что ловушка захлопнулась. Она использовала свою обширную сеть, чтобы отследить роскошный автомобиль Артура до медицинского центра, решив устроить ему засаду. Ее стратегия была прямолинейной и жестокой: прибыть неожиданно, применить огромное психологическое давление и безжалостно запугать его до подчинения.
Она верила, что Артур находится в уязвимом состоянии и вслепую подпишет бумаги о передаче прав, не понимая, что он добровольно сдает свою корпоративную империю, свои огромные банковские счета и свой обширный портфель недвижимости. Она навязчиво просчитала каждую переменную этого предательства. Она была уверена, что он не раскроет правду вовремя, что сфальсифицированные психологические оценки имеют юридическую силу и что она остается на десять шагов впереди него.
Единственный важный элемент, который она не смогла просчитать, заключался в том, что Артур уже обладал полным знанием каждой детали, каждой лжи и каждой поддельной подписи. И он терпеливо сидел в коридоре, тихо ожидая ее прибытия…
