Адвокат Ирины нервно потянулся, положив дрожащую руку ей на плечо и прошептал ей на ухо. Она стряхнула его руку. Ее лицо исказилось от ярости и унижения. Она свирепо посмотрела вниз на Лилю, которую разбудил напряженный шепот, и которая теперь наблюдала за разворачивающейся драматической сценой широко раскрытыми, настороженными глазами.
— Ты выбрасываешь всю нашу империю из-за какой-то жалкой уличной крысы! — выкрикнула Ирина.
Пятилетний ребенок, все еще потирая глаза от сна, выпрямилась и заявила маленьким, непоколебимым голосом, который эхом отскочил от стерильных стен:
— Я не с улицы, леди. Я принадлежу Господу!
Тяжелая, ошеломленная тишина опустилась на весь коридор. Проходившая мимо медсестра остановилась как вкопанная. Агрессивный адвокат Ирины склонил голову в глубоком смущении. Ирина стояла, уставившись на маленькую девочку так, словно ее ударили по лицу.
А затем произошло неожиданное событие. Тяжелая деревянная дверь в больничную палату Марии распахнулась настежь. Лечащий врач выбежала. Ее измученное лицо полностью преобразилось от шока и облегчения.
— Она очнулась! — объявила врач. — Ее мама только что очнулась!
Лиля издала радостный крик, который красиво разнесся по всей длине коридора. Она соскочила с колен Артура, рванув так быстро, как только могли нести ее маленькие ножки, прямо в больничную палату. Артур оставался совершенно неподвижным короткую секунду. Затем он снова перевел свой холодный взгляд на Ирину, которая делала побежденные шаги назад рядом со своим запаниковавшим адвокатом.
— Ты можешь уйти сейчас! — констатировал Артур с абсолютной окончательностью. — И никогда, никогда не возвращайся!
Ирина повернулась и практически побежала по коридору, не произнеся ни единого слова протеста. Ее грандиозные амбиции были разрушены за считанные минуты. Артур сделал глубокий и успокаивающий вдох и вошел в больничную палату.
Внутри Лиля стояла на цыпочках, крепко сжимая руку своей матери сквозь поручни кровати. Мария плакала, слезы текли по ее бледным щекам, одновременно смеясь с чистой, нефильтрованной радостью. Мария повернула голову. Ее измученные глаза затрепетали, открываясь. Она увидела сначала свою драгоценную дочь, а затем ее взгляд сместился вверх, остановившись прямо на высоком, красивом мужчине, стоявшем у двери.
Она уставилась на него. Она продолжала смотреть, ее дыхание болезненно перехватило в горле, пока ее темные глаза не переполнились свежими слезами.
— Артур… — прошептала она, ее голос был хриплым и сломленным от дней безмолвного, бессознательного состояния.
Лиля оставалась стоять с правой стороны больничной кровати, отказываясь отпускать руку своей матери. Артур приблизился и неловко встал с левой стороны матраса, чувствуя себя неуверенно, не зная, что делать со своими собственными, большими, пустыми руками.
— Как тебе удалось найти меня?
