Жизнь без прикрасРазговор шел около часа. Олег, все пьянее, рассказывал о столице, о своих связях, о комбинате — когда его достроят, как изменится вся округа. «Через пару лет здесь будет не деревня, а нормальный поселок, — говорил он, размахивая руками. — Работа появится, магазины, все как у людей».
Оксана кивала, слушала, изображая интерес, а сама следила за тем, как оба гостя постепенно теряют бдительность, наливаясь коньяком и самогоном, привезенным специально для местного колорита. Андрей был менее пьян, но все же расслаблен, время от времени поглядывал на нее с тем же азартным любопытством, что и в первый день, но теперь без прежней настороженности.
Примирение, казалось, сработало полностью. К закату оба были достаточно пьяны, чтобы двигаться медленнее обычного, чтобы реакция притупилась, чтобы уверенность в собственной безопасности достигла того предела, за которым бдительность окончательно исчезает. «Ну что?» — сказал Олег, поднимаясь нетвердо на ноги.
«Ну что ж, помирились. Может, повторим тот вечер? Только теперь по-хорошему, без сопротивления?» Он шагнул к ней, протягивая руку, и в этот момент, глядя ему в лицо, Оксана почувствовала, как внутри нее что-то окончательно затвердело, стало неподвижным и холодным, как камень на дне реки. «Хорошо, — сказала она, ровно вставая. — Только сначала я вам еще кое-что покажу».
Она наклонилась к корзине. Оксана медленно, без единого резкого движения откинула крышку корзины.
Пчелы, потревоженные долгим заточением, вырвались наружу разъяренным гудящим облаком, и в первую секунду ни Олег, ни Андрей не поняли, что происходит. «Что за…» — начал Олег, и в этот момент первая пчела ужалила его в шею. Он вскрикнул, шарахнулся назад, замахал руками — резко, паникуя, именно так, как учил ее отец никогда не делать рядом с ульем.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.