Жизнь без прикрасИз-за стола Марина смотрела, как его ведут вверх по тропинке. Он не вырывался, шагал с опущенной головой. У калитки остановился и обернулся.
— Марина! Про маму — правда? Ответь мне, правда?
Сказать ничего она не смогла. Артёма увели.
Снова застучали в дверь — громко, по-хозяйски. Марина узнала звонкий голос Елены:
— Маринка, я приехала! Отворяйте!
Едва Антонина Яковлевна отодвинула засов, Елена влетела в сени. Следом переступила порог её однокурсница, следователь Жанна Чижова: молодая, высокая, в длинном пальто, с толстой тетрадью под мышкой. Рыжие волосы были туго собраны на затылке. Марина заметила у неё старые мужские часы на потёртом кожаном ремешке — для такого тонкого запястья они были слишком велики.
Елена обняла подругу, отступила, разглядывая её, и тут же обняла опять.
— Ты на ногах… Опять стоишь?
— Стою, — ответила Марина, но сил удержаться больше не осталось. Колени согнулись, она начала оседать. Её успели подхватить с обеих сторон и посадили на лавку.
— Всё, дочка, — сказала Антонина Яковлевна. — Отстояла ты своё. Всё.
Жанна оглядела избу. Под разбитым окном лежали осколки, на подоконнике осталась кровь. В кресле по-прежнему сидела подушка в голубой шапочке. Следователь поправила сползшие часы.
— Стёпу Пасечника взяли полчаса назад, у него дома в Ольховеже. Увидел нас и первым делом заговорил о тормозах. Сказал, что Шаповал заплатил: машина должна была остаться без тормозов на серпантине. Катер уже опечатали, утром заберём жилет. Марина, сегодня отдыхайте. Завтра вы мне всё расскажете, подробно, начиная с августа.
— Хорошо.
— Ещё Елена упоминала свидетеля по делу 1998 года, — продолжила Жанна, обращаясь к знахарке. — Он действительно есть?
— Есть. С утра привезу. Хотя он и сам обещал прийти.
Чижова кивнула, раскрыла тетрадь и сделала запись. За стенами понемногу унимался ветер; снаружи ещё было темно. Марина прислонилась к плечу Антонины Яковлевны. Перед ней, возле выбитого окна, стояло засыпанное стеклом пустое кресло. Именно туда она велела поставить его, чтобы муж мог увидеть. Увидел.
Михаил Георгиевич явился сам, в восемь утра. На нём был тщательно выглаженный пиджак, в котором Марина запомнила его на похоронах. Три часа он давал показания. Позже, читая протокол, она плакала над каждой страницей.
Что предстояло дальше, Елена объясняла ей так же понятно, как когда-то за школьной партой объясняла математические задачи.
— Суд оставил Артёма под арестом на два месяца, пока будет идти следствие. Обвинения будут по двум эпизодам. Отказ тормозов — это покушение на убийство. А то, что приготовили на катере, с креплениями и жилетом, — приготовление убийства. Стёпа уже даёт показания, так что теперь есть не только твой рассказ. Больше не придётся выбирать между твоим словом и словом мужа. Борис Шаповал умер, его судить нельзя. Но это не значит, что показания Михаила Георгиевича останутся за пределами дела: всё, что он рассказал, туда войдёт. С Людой нужно будет снова обращаться в суд. Когда-то её признали умершей судебным решением, и отменить его тоже должен суд. Для этого понадобится анализ, подтверждающий, что она родная сестра Антонины Яковлевны. Тогда ей вернут её фамилию, восстановят паспорт, пенсию — всё, что полагается живому человеку.
— А бабушкин дом?
— Он принадлежит тебе и останется твоим. Заявление о запрете сделок без твоего участия мы подали в службу регистрации недвижимости. Без тебя с домом ничего не сделают. И развестись ты сможешь через суд, согласие Артёма для этого не нужно. Пристань на твоём берегу он не построит.
В понедельник Елена повезла их в Вербодолье. Михаил Георгиевич сел рядом с ней, Марина со знахаркой — сзади. За окнами сменялись поля и сосновые леса, оставались позади деревни с покосившимися церквями. Антонина Яковлевна не проронила ни слова. На её коленях всю дорогу лежала самая старая шкатулка.
Среди сосен стоял длинный жёлтый дом интерната — два этажа, белые колонны у входа. В коридоре их встретила пожилая санитарка в синем халате. За ней неотступно следовал рыжий кот. На поворотах она привычно перешагивала через него, даже не пытаясь прогнать.
— Людочка в мастерской. Она оттуда почти не выходит. Только, пожалуйста, потише: незнакомых боится, мужчин особенно.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.