В следующий вторник Марина Сергеевна обнаружила деталь, которая изменила все. Екатерина сидела в своей машине у продуктового магазина, когда позвонил адвокат. «Вам нужно сесть, прежде чем я это объясню», — сразу сказала она. Пульс Екатерины подскочил. «Что случилось?» — «Образовательный счет вашей дочери».
Молчание. Екатерина крепче сжала руль. «Что с ним?» — «На нем значительно меньше денег, чем должно быть». На секунду Екатерина буквально перестала дышать. «Не может быть. Простите». Екатерина автоматически покачала головой, хотя Марина Сергеевна не могла ее видеть. «Нет. Дмитрий никогда бы не тронул деньги на учебу Полины».
Но даже произнося эти слова, она уже знала, что это не так. Голос Марины Сергеевны смягчился: «За последние полтора года было снято почти четыре миллиона единиц». Екатерина смотрела сквозь лобовое стекло, по которому медленно стекал холодный дождь. «Куда они ушли?» Пауза. «В основном на те же подставные счета, связанные с Вероникой Карельской».
Екатерина прикрыла рот рукой. Не из-за денег, а потому что внезапно рухнули все оставшиеся оправдания. Романы были эгоистичны. Скрытые счета жестоки. Но брать деньги из будущего своей дочери, чтобы финансировать другую жизнь с другой женщиной, требовало такого уровня морального разложения, который Екатерина едва могла осознать. И что хуже всего — Полина обожала своего отца.
В тот вечер Дмитрий пришел домой с едой на вынос из любимого итальянского ресторана. Он улыбался, как человек, уверенный, что самая трудная часть его жизни почти позади. Екатерина наблюдала, как он расставляет контейнеры с едой на кухонном столе, небрежно рассказывая о рабочих интригах в центре. «Ты в порядке?» — спросил он в конце концов, заметив, что она слишком долго на него смотрит.
«Просто устала». Дмитрий подошел ближе, инстинктивно понижая голос: «Скоро все это закончится». Теперь эта фраза звучала иначе: не утешающе, а угрожающе. Екатерина вдруг представила, как он уже строит другую жизнь: квартира в центре, Вероника рядом, Полина приезжает каждые вторые выходные, пока Дмитрий играет в успешное перерождение. И все это частично финансируется за счет денег, украденных из будущего их дочери.
Что-то внутри Екатерины тогда окончательно затвердело. Не ярость — решимость. Она слабо улыбнулась. «Да», — сказала она, — «закончится».
Два дня спустя началось заседание. Дмитрий пришел в угольно-сером костюме и с уверенным выражением лица человека, ожидающего оформления бумаг без последствий. Екатерина сразу заметила Веронику в холле еще до начала заседания. Высокая, ухоженная, моложе Екатерины лет на десять. И красивая той агрессивно выверенной красотой женщин, которые относятся к привлекательности как к соревновательному виду спорта…
