В тот вечер Дмитрий вернулся домой необычайно веселым. «Я забронировал столик на пятницу», — объявил он, ослабляя галстук у входной двери. Екатерина подняла голову с дивана. «Для чего? Ужин? Где-нибудь в хорошем месте?» Он небрежно пожал плечами: «Подумал, может, нам стоит поговорить перед заседанием на следующей неделе».
Екатерина чуть не рассмеялась от абсурдности. Он снова пытался ее смягчить. «Конечно», — тихо сказала она. На долю секунды Дмитрий выглядел облегченным. Ресторан, который он выбрал, выходил на реку — одно из тех элитных заведений с приглушенным светом, дорогими напитками и парами, делающими вид, что не смотрят в телефоны друг друга во время ужина.
Екатерина надела черное трикотажное платье и нанесла минимум макияжа — достаточно, чтобы выглядеть собранной, но не так, будто она слишком старалась. Дмитрий сразу заметил. «Ты хорошо выглядишь», — сказал он, когда они сели. «Спасибо».
Первые двадцать минут они обсуждали безобидные вещи: оценки Полины, нехватку персонала в больнице, планирует ли Екатерина оставить собаку после развода. Весь разговор казался сюрреалистичным, как будто два актера играли брак по памяти. Затем Дмитрий осторожно откинулся на спинку стула. «Я знаю, это было нелегко», — сказал он. — «Но я думаю, мы справились с этим лучше, чем большинство людей».
Вот оно снова. Тот нарратив, который он отчаянно хотел сохранить: «Мы цивилизованные, зрелые, справедливые». Екатерина наконец посмотрела ему прямо в глаза. «Ты действительно в это веришь?» Дмитрий замялся ровно настолько, чтобы случайно ответить на ее вопрос. «Катя!»
«Нет, серьезно», — мягко продолжила она. — «Ты думаешь, ты был со мной справедлив?» Тень пробежала по его лицу, теперь уже настороженному. «Я думаю, мы оба совершали ошибки». Эта фраза мгновенно взбесила ее своей тщательно размытой формулировкой. 14 лет вместе сведены к неопределенной общей неудаче, пока он тайно выводил деньги за ее спиной.
Но Екатерина просто кивнула. «Наверное, ты прав». Дмитрий снова расслабился. Наблюдать, как он недооценивает ее в реальном времени, стало странно проясняющим. Екатерина поняла, что самой большой слабостью Дмитрия была не жадность и даже не неверность. Это была надменность. Он искренне верил, что контролирует эмоциональную температуру в любой комнате, куда входит…
