Когда срок проверки истёк, спорить было трудно. Повторная сходка летом 1970 года прошла уже иначе. Никто не требовал лишить Куклу влияния. Напротив, даже самые осторожные старики попросили его объяснить, как перенести эту систему в другие районы. Так за восемь месяцев после освобождения Назар не только вернул родной город, но и стал признанным лидером криминального мира прибрежного пояса. Однако его успех слишком быстро заметили в больших центрах, где старые авторитеты не собирались уступать власть человеку двадцати трёх лет.
В эти месяцы окончательно проявилась ещё одна черта его власти: Кукла умел заставлять врагов выглядеть не врагами, а будущими сотрудниками. Он редко уничтожал человека, если тот мог быть полезен. Южный, публично уступивший ему, сохранил часть влияния и получил направление в порту. Братья Литвиненко после поражения не исчезли, а были встроены в автомобильные схемы под контролем общего куратора. Таран лишился самостоятельности, но сохранил свои заведения, потому что Назару нужен был порядок, а не пустая месть.
Многие считали это мягкостью. На деле это была экономия силы. Мёртвый враг оставляет после себя хаос, родственников, обиды и желание отомстить. Подчинённый враг, если его правильно держать за слабые места, приносит доход и служит предупреждением остальным. Кукла видел в людях не только угрозы, но и функции. Эта холодная практичность пугала сильнее ярости.
Система Куклы казалась почти бескровной только по сравнению с прежними бандитскими войнами. На самом деле она была жёсткой до предела. Просто её жестокость чаще оставалась невидимой. Человека могли лишить доступа к деньгам, заставить партнёров отвернуться, перекрыть путь к нужному чиновнику, обрубить связи с семьёй, сделать его имя токсичным. В мире, где всё держалось на доверии и страхе, это равнялось медленному уничтожению.
Именно поэтому многие предпочитали соглашаться с Куклой до того, как конфликт становился открытым. Он редко загонял противника в угол сразу. Сначала показывал выход: место в системе, долю, сохранённое лицо, возможность продолжить жить. Но если человек отвергал этот выход, второй шанс уже не был похож на милость. Назар не любил повторять предложения. В его понимании тот, кто не услышал тихий голос, сам выбрал более громкий способ объяснения.
Город постепенно привыкал к новой тишине. Уличные драки стали редкостью, мелких воришек заставляли работать под присмотром или уходить. Теневые предприниматели платили долю без прежнего торга, потому что взамен получали предсказуемость. Даже полиция чувствовала странное облегчение: меньше трупов, меньше громких заявлений, меньше хаотичных разборок. Кукла не прекращал преступность — он превращал её в управляемую систему, и именно это делало его опаснее обычного бандита.
Весна 1971 года принесла в преступный мир большую пустоту. От сердечного приступа умер Дед Мирон — легендарный вор, почти два десятилетия удерживавший неформальное первенство среди старой гвардии. Его влияние тянулось от отдалённых окраин до холодных удалённых земель. Наследника он не назвал. По воровским понятиям это значило одно: власть перейдёт тому, кто сумеет взять её и удержать.
Началась междоусобица, которую позже называли великой. Главных претендентов было пятеро. В большом центральном городе опирался на старые рынки и перевозки вор по кличке Срединный. Одно из дальних направлений представлял Северный Второй — родственник того самого старика, который учил Назара в колонии. Дальние лесные края объединил Таёжный, человек с тяжёлой лагерной славой. Горные территории выдвинули Горного — дипломата, умевшего мирить тех, кто уже достал оружие. Пятым неожиданно для многих оказался Кукла.
В двадцать четыре года он был самым молодым из претендентов, но игнорировать его уже не могли. Юг и портовые торговые узлы давали огромные доходы, а созданная им система работала стабильнее старых вертикалей. Война началась не с выстрелов, а с переговоров. Каждый претендент обещал будущим союзникам выгоды. Срединный — доступ к главным финансовым потокам. Северный Второй — защиту традиций. Таёжный — силовой союз дальних кланов. Горный — мир и гибкую дипломатию…
