Он улыбнулся. Зубы действительно оказались лучше пятничных. Заметно лучше.
— Всем добрый день, — поклонился адвокат. — Женечке я привёз цветы. А вам — документы.
— Ещё что за птица? — прорычал папа.
— Аркадий Лозинский. Адвокат, стаж пятьдесят шесть лет. Представляю интересы Евгении Романовны.
Он раскрыл папку и вынул стопку бумаг.
— Постараюсь покороче. Мне в моём возрасте время тратить ни к чему. Начнём с первого. — Он отделил страницу. — В четверг Евгения Романовна отменила генеральную доверенность на имя Натальи Фёдоровны. Нотариуса я привёз в больницу, прямо на отделение. В пятницу отменены и банковские доверенности. Теперь Наталья Фёдоровна от её имени даже открытку для киоска подписать не может.
Мама открыла рот, но Лозинский поднял палец.
— Второе. В пятницу, в одиннадцать часов, в моей конторе при нотариусе фирма, купившая дом, продала его вместе с садом за четыреста семьдесят тысяч. Представители остались довольны: восемьдесят тысяч прибыли, палец о палец не ударили. Говорят, столь быстрой сделки у них ещё не бывало.
— Кому продала? — взвизгнула мама. — Откуда деньги?
— Покупательница — Ирина Васильевна Дубровская.
Он кивнул на меня. Я ошеломлённо повернулась к бабушке.
— Бабушка, откуда такие деньги?
— С дедушкиного вклада.
— Теперь это твой дом, Ирочка, — спокойно сказала бабушка, поглаживая Дружка. — По документам и в жизни. Правда, есть маленькое условие: адвокат оформил мне пожизненное право здесь жить. До самой смерти отсюда никто меня не выселит. Даже ты, если очень захочется.
— Бабушка… Я бы никогда…
Голос меня подвёл.
— Знаю, дитя. Поэтому тебе.
Папино лицо стало серым. Мама схватилась за штакетник.
— Наконец, третье, — Лозинский достал следующий лист. — Наталья Фёдоровна по доверенности продала имущество, оценённое в семьсот тысяч, за триста девяносто тысяч. Без ведома владелицы, против её интересов и с намерением забрать впоследствии все деньги себе. На юридическом языке это звучит скверно: действие во вред, злоупотребление доверием. Евгения Романовна вправе потребовать от дочери триста десять тысяч в возмещение ущерба и обратиться в прокуратуру.
Все замолчали. В такой тишине, упади в саду яблоко, его было бы слышно у калитки.
— Однако обращаться она не станет, — уже мягче сказал адвокат. — Меня попросили только прочитать этот документ и передать ей.
Он протянул бумагу бабушке. Она сложила её вчетверо, убрала в карман кофты.
— Сохраню, Наташенька. На всякий случай. Ты ведь так про доверенность говорила? На всякий случай. Обещаю, что пользоваться ею не стану. Клянусь.
Мама заплакала — впервые после дедушкиных похорон.
Бабушка снова полезла в карман. Теперь достала старый пожелтевший конверт. На нём тем самым наклонным почерком, который я видела на армейских письмах, было выведено: «Для Наташи».
— Когда в шестнадцатом году продавали землю под ветряки, отец написал это письмо тебе. Передавая его мне, он сказал: «Женя, пусть нам никогда не придётся это передавать». А пришлось.
Мама вскрыла конверт дрожащими руками. Читала долго, и по мере чтения лицо её менялось. Потом прямо у калитки опустилась коленями в грязь, всё в том же наглухо застёгнутом пальто. И заплакала так, будто стояла над могилой.
Содержание письма мне осталось неизвестно. Ни мама, ни бабушка так и не рассказали. Знаю лишь, что потом мама поднялась, подошла к крыльцу и снова встала на колени, уже возле кресла. Прижалась головой к бабушкиным коленям, как маленькая. Бабушка ничего не говорила, только гладила её волосы.
Возле машины папа остался один. На него никто не смотрел.
— Наташка, вставай, поехали! — прорычал он. — Не собираюсь здесь дураком торчать.
Никто даже не двинулся. Папа пробурчал что-то про старую каргу и проклятую семейку, повернулся к машине.
С крыльца вылетел Дружок — рыжий снаряд. Вцепился на этот раз в папину правую штанину. Новых жёстких джинсов хватило на пять секунд.
— Василий Антонович, у собак чутьё на людей! — Лозинский смеялся так, что пришлось опереться на трость. — Суд и это принимает во внимание.
Виктория подошла к крыльцу. Посмотрела на бабушку, на маму у неё на коленях, на меня. Затем повернулась к Денису.


















Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Viva babushka!