Жизнь без прикрасОна поднялась на двенадцатый, села за стол и открыла презентацию. В одиннадцать её вызвал Левченко. Он уже видел финальную версию.
Она отправила в девять. Замечаний по правкам не было. Он просто кивнул, когда она вошла.
«Черненко говорил с вами сегодня утром», — сказал он. Не спросил. «Да».
«У лифта». «О чём?» «Напомнил, что у него двадцать три процента. Порекомендовал иметь это в виду».
Левченко смотрел на неё. «Как вы ответили?» «Сказала, что я аналитик, а не политик». «И?» «И уехала на лифте».
Левченко взял карандаш. Один раз постучал по столу. «Он пойдёт дальше», — сказал он.
«Возражение через юридический отдел было первым шагом. Разговор с вами — вторым. Третий будет через совет».
«Что он может сделать через совет?» «Поставить вопрос о соответствии вашей квалификации занимаемой должности. Формально запросить проверку ваших отчётов внешними аудиторами. Это законно».
«Это затянется на месяц. И даже если проверка ничего не найдёт, осадок останется». «Значит, пусть проверяют», — сказала Оксана.
«Если отчёты чистые, проверка это подтвердит». «Вы понимаете, что дело не в отчётах?» — спросил Левченко. «Понимаю. Дело в давлении. Но если я начну делать что-то иначе из-за давления, это уже не аналитика. Это политика. А я к этому не готова». Левченко смотрел на неё долго. «Коваль, у вас есть слабые места в работе?» — спросил он вдруг.
Она чуть помолчала. «Я иногда трачу больше времени, чем нужно, на верификацию данных, которые другие принимают без проверки». «Это замедляет процесс».
«Это не слабое место», — сказал он. «Для скорости — слабое. Для результата — нет».
Он закрыл папку. «Черненко запросит проверку в среду. Я уже знаю. До среды мне нужно, чтобы у вас был готов ещё один отчёт». «Новый, не из текущих задач? По какому активу?» «По „Медной горе“».
«Это добывающая компания, партнёрство с Черненко через офшор. Он держит там 31 процент через структуру в одной из зарубежных юрисдикций. Это не тайна, всё в публичных реестрах. Но никто не сводил это в единый анализ». Оксана смотрела на него. «Вы хотите, чтобы я сделала анализ актива, где у члена совета директоров личный интерес?» «Да». «Это создаст прямой конфликт».
«Именно, — сказал Левченко. — Черненко давит на вас, потому что считает, что вы слабое звено, через которое можно давить на меня. Если вы сделаете этот отчёт честно, по данным, он поймёт, что ошибся в оценке. А если в отчёте будет что-то, что ему невыгодно, тогда это его проблема. Вы аналитик. Пишите то, что есть».
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.