Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Во время паводка мать двоих сыновей помогла отцу с больным младенцем, но вскоре ей пришлось защищать свой дом и детей

Часть 10 из 13

— Нам надо поговорить наедине.

— Здесь и говори.

— Этот мужик всё тебе внушил. Раньше с тобой можно было договориться.

— Раньше я молчала в ответ. Вот и вся разница.

— Я подобрал квартиру для нас. Трёхкомнатную, в райцентре. Будет школа для детей, тебе найдётся работа в поликлинике. Избавимся от этой развалюхи и заживём по-человечески.

— Кого ты называешь «нами»?

— Тебя, детей… Может, и себя. Я понял, что делал не так.

Когда-то Ирина знала это лицо лучше своего. Ничего не изменилось: складка между бровями, улыбка, которой Павел обезоруживал её после ссор. Прежде она искала возможность поверить ему. Иначе пришлось бы признать, что годы, проведённые в ожидании, прошли напрасно.

— Какую сумму тебе дали?

— Это же аванс, я говорил. На обследование.

— Назови сумму.

— Восемьсот тысяч.

— Они у тебя?

— Я вложил их в дело. Через месяц получу обратно вдвое больше.

— Значит, сейчас денег нет.

— Ткач меня прижал. Не будет сделки — пойдёт в суд. Ты хоть понимаешь, что это за люди?

— Ты с ними связался, не я.

Павел заявил, что отвечать за сделку придётся им обоим.

— Подпись-то твоя, не моя. Докажи.

Ответ выскочил слишком поспешно. Ирине стало понятно, на что рассчитывал Павел: он был уверен, что до оригинала она не доберётся.

— Где согласие, заверенное нотариусом? У Ткача?

— Ему досталась копия.

— А сам документ где?

Павел отвернулся.

— Вечно тебе нужно обо всём допытываться.

Он увидел камеру, недавно установленную под козырьком, оборвал разговор и направился к лодке. Пройдя половину пути, обернулся.

— Завтра будет собрание. Ткач предложит деньги остальным. Вздумаешь сорвать голосование — потом пожалеешь.

— Угрожаешь?

— Предупреждаю.

Подаренный катер остался на крыльце. Максим даже не вышел взглянуть на него.

Вечером мальчик обратился к Андрею:

— Нашу деревянную можно опять пустить плавать?

— Да, если наденешь жилет и рядом будет взрослый.

— Только мне всё ещё страшно.

— Ты имеешь право бояться.

— А когда прыгал за мной, тебе не было страшно?

— Ещё как было.

— Почему же ты прыгнул?

— Ты был для меня важнее, чем страх.

Максим надолго задумался. Потом принёс отцовский подарок и протянул Андрею.

— Давай разберём.

— Для чего?

— Заберём мотор и поставим на нашу. Пусть «Вернётся» плавает сама. Папа не обидится: он подарил катер мне, значит, теперь он мой.

За столом они стали отвинчивать корпус. Открыв батарейный отсек, Андрей заметил тонкий провод: вместо мотора он соединялся с небольшим модулем, в котором была карта памяти.

— Не прикасайся, — негромко сказал Андрей.

— Что это?

— Похоже на маячок и микрофон.

Ирине стало холодно. Подарок, принесённый Павлом, нужен был не для примирения: он хотел слушать их разговоры и следить, где находится Максим.

Андрей сделал снимок устройства, упаковал катер в пакет и отнёс участковому. Теперь Павла можно было вызвать на опрос по прямому поводу.

Но он пропал. Телефон был выключен, а Ткач утверждал, что с прошлого вечера Павла не встречал.

В старый клуб на общее собрание пришло почти всё село. Кто-то готов был расстаться с землёй и уехать; другие опасались, что общего спуска к реке больше не будет. На столе перед Ткачом лежали буклеты. Он обещал компенсации, дорогу, работу.

Ирина принесла копии бумаг. Андрей устроился возле Степаныча. Детей, как условились раньше, отправили к бабе Гале на верхнюю улицу.

Первым слово взял Ткач. Будущее, инвестиции, безопасность — об этом он говорил, прежде чем показать снимки сломанного причала.

— Берег нельзя оставлять на попечении частных хозяев. Они с этим не справляются. Случай с мальчиком — тому подтверждение. Компания готова отвечать за содержание берега.

Ирина встала.

— Причал кто-то разрушил. Его сваю перепилили. Сейчас полиция проверяет ваш катер, Ткач, и запись, оставшуюся на фотоловушке.

В зале заговорили разом. Ткач побледнел, хотя улыбку удержал.

— Это серьёзное обвинение. Чем вы его подтвердите?

— Материалы у участкового. А здесь — копии паромного журнала. Спуск принадлежит селу. Для включения его в ваш проект требуется отдельное решение.

Степаныч раздал распечатки. Председатель признал на них печать прежней сельской управы…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

0

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю

Читайте также