Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Валентина и Степан сказали троим детям, что остались без жилья, а затем отправились к ним с чемоданом и овоськой

Часть 7 из 15

— Мне лучше матрас на пол, — отказался он. — Спине так легче.

Матрас Лариса принесла без споров.

Валентина лежала без сна. Медведи на шкафу в свете уличного фонаря казались живыми. Из зала слышался Ларисин шёпот: сказка для Тани. Девочка заснула посреди рассказа. Затем Лариса вышла на кухню, прикрыла дверь и долго мыла посуду.

Вода умолкла. Зашуршал пакет, звякнуло стекло: невестка разбирала овоську, убирала варенье в холодильник. Потом на целых пять минут всё затихло. Валентине почудилось, что шелестит бумага. Ещё раз звякнули банки, щёлкнул выключатель, Лариса вернулась в зал.

Валентина повернулась набок, закрыла глаза. У ног на матрасе тихонько посапывал Степан — знакомо, как всю жизнь. Даже спящий, он держал руку на чемоданном ремне.

Запах жареного разбудил её ещё затемно. На кухне светилась лампа; под полотенцем на столе ждали сырники. Возле тарелки лежала записка крупными круглыми буквами: «Я до трёх в столовой. Завтракайте сырниками, сметана в холодильнике. Таню к восьми в школу. Ходит сама, но если нетрудно, проводите — ей будет приятно. Ключ висит на гвоздике. Лариса».

Таня уже сидела за столом в форме, болтала ногами и брала сырники руками.

— В 5:30 мамы уже нет дома, — сообщила она с полным ртом. — Ей всю школу кормить, шестьсот детей. А папа газ возит.

— Возит? — переспросил Степан.

— Трубу кладёт, по трубе газ едет. Значит, возит.

Степан рассмеялся. За неделю это случилось впервые, а Валентина и вовсе не могла припомнить, давно ли слышала у него такой смех.

Провожать внучку отправились вдвоём. До старого кирпичного здания с белыми колоннами у входа было всего ничего — соседний двор. Таня шла между ними, держась за обе руки, хотя, наверное, уже стеснялась такой прогулки. Возле ворот отпустила их, шагнула дважды и обернулась.

— А после школы придёте за мной? — спросила Таня.

— Придём, — пообещал Степан.

Она кивнула и побежала, размахивая мешком со сменной обувью.

На работу Лариса отправлялась, когда за окнами ещё было темно. К четырём возвращалась с сумкой, в которой находилось что-нибудь из столовой: котлеты, оставшиеся после обеда, или булочки. Однажды принесла запеканку — целый противень повара разделили между собой. Дома она сразу принималась готовить: работала быстро и громко напевала, пока кухня наполнялась паром и звоном посуды. Валентина поначалу только сидела на табуретке в углу и смотрела, как невестка управляется у плиты. Потом сама взялась чистить картошку. За этой помощью последовали и замечания: теперь она не только наблюдала за готовкой, но и говорила Ларисе, что та делает не так.

— Лариса, щи-то ты зачем сразу солишь? Капуста задубеет.

Та обернулась с половником.

— Да? А я всегда в начале солю. Миша ничего не говорит.

— Миша с детства ел что дадут, не жаловался.

Лариса рассмеялась — так же громко, как на свадьбе.

— Тогда учите. Покажите, как правильно.

На следующий день щами занималась Валентина. Лариса стояла рядом с тетрадкой, на первой странице которой детской рукой было написано «Мамина книга», и заносила рецепт. Вечером Таня съела две тарелки, объявила бабушкины щи вкуснее. Лариса не обиделась ни капли. В тетрадке появилась запись: «Щи бабы Вали, солить в конце».

У Степана домашняя работа нашлась уже на второй день. На кухне капало из крана, под ванной подтекала труба. В зале у дивана была сломана ножка; её подпёрли книгой, и так она держалась. В Таниной комнате требовалось заняться шкафом: дверца не закрывалась.

— Миша собирался чинить, — сказала Лариса. — Всё работа далеко. Вернётся — первые три дня отсыпается.

У соседа снизу Степан одолжил ящик инструментов. За неделю исправил всё, до чего смог добраться. Внучка, придя из школы, садилась возле него на пол и подавала отвёртки.

— А эта железка как называется?

Он называл каждую. Через неделю Таня отличала гаечный ключ от разводного увереннее, чем Руслан в свои пятьдесят лет.

Однажды Степан принёс со двора пустой молочный пакет. Разрезал его, приладил петлю из проволоки — получилась кормушка. С Таней вывесили её за балконным окном, насыпали пшена. К утру нашлись синицы.

Полчаса девочка просидела в пижаме возле балконной двери, затаив дыхание.

— Одна… две… Дедушка, уже три! — считала шёпотом…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

0

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю

Ещё из рубрики «Семья»

Все истории рубрики