«Много лет назад, после смерти моего мужа, мне достались не только жилье и участок. Он оставил мне ценные бумаги предприятия, которому отдал почти всю свою жизнь. Тогда они почти ничего не стоили. Само дело едва держалось, многие думали, что оно скоро окончательно развалится. Но позже предприятие перешло к крупным владельцам, производство изменилось, дела пошли вверх, и стоимость этих бумаг выросла так, как я когда-то даже представить не могла.
Игорю я об этом не говорила.
Я хранила их. Думала, что, может быть, однажды он изменится. Станет взрослее не по возрасту, а по душе. Научится доброте, вниманию, благодарности. Но годы проходили, а он не становился лучше. Наоборот, в нем все отчетливее проступало то, что я долго боялась назвать своим именем».
В кабинете стало так тихо, что слышно было, как где-то за стеной мягко закрылась дверь.
Нотариус сидела неподвижно. Игорь приоткрыл рот, но ни одного слова не произнес.
Вера опустила глаза к следующей строке — и сбилась. Она перечитала написанное еще раз, не сразу поверив цифре.
«На сегодняшний день эти ценные бумаги оцениваются в шестнадцать миллионов. И я оставляю их тебе, Верочка. Не за то, что ты ухаживала за мной из чувства долга. Не потому, что ты ждала награды. А потому, что ты была рядом в самые тяжелые мои дни. Ты относилась ко мне с теплом не ради квартиры, не ради денег, не ради выгоды. Ты просто видела во мне живого человека.
Ключ от ячейки и все необходимые документы нотариус передаст тебе отдельно».
После этих слов тишина стала почти плотной…
