— Дом за городом с участком, — продолжила нотариус тем же ровным тоном, — также передается Игорю Павловичу.
— Слышишь? — Игорь уже не скрывал удовольствия. Он развернулся к Вере всем корпусом. — Мама все прекрасно понимала. Я ее сын. Наследник. А ты кто? Посторонний человек. Женщина, которая когда-то просто крутилась рядом с нашей семьей.
Вера крепко сжала губы.
Слезы подступили к горлу, но она не позволила им сорваться. За годы рядом с Игорем она научилась глотать боль так, чтобы никто этого не заметил. Молчать. Терпеть. Держать лицо, когда внутри все рушится. Не давать тем, кто хочет видеть ее слабость, такого удовольствия.
— Денежные сбережения в размере… — нотариус назвала очень крупную сумму, — также завещаны Игорю Павловичу.
Алиса всплеснула руками.
— Игорь, ты понимаешь? Теперь мы точно сможем поехать отдыхать! И машину купим, ты же обещал мне новую!
Игорь расправил плечи. Казалось, одна только озвученная сумма сделала его выше, увереннее, значительнее. Он приобнял Алису за талию, а Вера отвернулась к окну.
За стеклом проходили люди. Кто-то спешил, кто-то разговаривал по телефону, кто-то нес пакет с продуктами. Мир снаружи продолжал жить, будто ничего не случилось. И Вере вдруг показалось почти странным, что здесь, в этой комнате, окончательно закрывают целую главу ее жизни, а там, за окном, день идет своим чередом.
Нотариус снова посмотрела в бумаги.
— В завещании имеется отдельное распоряжение, касающееся Веры Николаевны.
Вера подняла глаза…
