Через некоторое время в дверь его квартиры позвонили. Тарас медленно подошел, посмотрел в глазок и увидел незнакомых мужчину и женщину. Сначала решил, что это соседи. Открыл.
— Здравствуй, сынок, — сказала женщина и тут же поднесла ладонь к лицу, будто сдерживала слезы.
У Тараса перехватило дыхание. Он понял сразу. Перед ним стояли те, кого он в детстве ждал до боли, до злости, до полного опустошения. Мужчина кашлянул и спросил:
— В дом пригласишь?
Оба выглядели потрепанно: выцветшая одежда, усталые лица, запах недавней выпивки.
— Не думаю, что нам стоит разговаривать у меня дома, — тихо сказал Тарас.
— Вот как, — обиженно протянула женщина. — Родители, значит, сыну уже ни к чему?
— Так же, как когда-то сын оказался ни к чему родителям, — ответил он сухо.
Женщина всхлипнула и заговорила торопливо, будто давно заучила оправдание:
— Ты не знаешь, как нам тогда было тяжело. Мы сами не могли подняться. Врач сказал, что ты будешь инвалидом, что с тобой будет очень трудно. Я ведь не знала, что ты сможешь ходить сам, что выбьешься в люди.
— Мы не от хорошей жизни так поступили, — добавил мужчина. — Пойми, тогда оставить тебя мы просто не могли. Но сейчас мы пришли. Не держи зла.
Тарас смотрел на них и чувствовал, как внутри поднимается не жалость, а холодное презрение.
— Лучше бы вы не приходили, — сказал он. — Не знаю, где вы нашли мой адрес, но я вас не ждал. Надо было вспоминать обо мне раньше…
