К концу разговора мы уже не удивлялись и не перебивали друг друга, а просто взвешивали плюсы и минусы двух разных способов жить. В немецком подходе было много свободы: женщина меньше зависит от мужского взгляда, не тратит огромные силы и деньги на внешность, умеет быть самостоятельной и защищать свои границы. Но рядом проступала обратная сторона — слишком много расчёта, мало романтической мягкости, а равноправие иногда превращается в холодную бухгалтерию.
Знакомые мне правила тоже не были идеальными. Оксана признала, что в этой среде женщины часто выглядят ярче, ухоженнее, женственнее; в отношениях бывает больше заботы, красивых жестов, готовности мужчины взять на себя ответственность. Но остаётся давление: надо выйти замуж, надо успеть родить, надо всё время выглядеть достойно. Женщина нередко жертвует карьерой ради семьи, а внешний вид забирает слишком много времени и денег.
— Знаешь, к чему я пришла за эти годы? — тихо сказала Оксана. — Лучше всего, наверное, посередине. Чтобы женщина следила за собой, но не служила чужим ожиданиям. Чтобы была самостоятельной, но не стеснялась принимать заботу. Чтобы равноправие не отменяло взаимопомощь.
Я спросила, думает ли она вернуться.
Оксана не ответила сразу. Она провела пальцем по краю чашки, словно взвешивала прожитые годы.
— Думаю, — наконец сказала она. — В Германии спокойно, стабильно, всё понятно и по правилам. Но я скучаю по близкой мне культуре. По той мягкости и женственности, к которым привыкла. Иногда хочется, чтобы мужчина открыл дверь, помог с пальто, заплатил за ужин. Не потому, что ты беспомощная. Просто потому, что в этот момент будто ясно: ты женщина, он мужчина, и между вами есть не расчёт, а жест. В Германии такое не принято…
Мы допили кофе почти молча. Торговый центр продолжал жить своим ровным шумом: мимо проходили люди, звенели чашки за стойкой, кто-то смеялся у эскалатора. Оксана накинула пальто, мы обнялись у выхода и разошлись.
А я ещё долго шла и думала о нашем разговоре. Оказывается, мир может быть устроен совсем иначе не в книгах и фильмах, а всего лишь за границей привычных представлений. То, что для одних является естественной нормой, другим кажется почти невозможным. И, наверное, дело не в том, кто прав. Просто каждая культура по-своему учит человека смотреть на тело, любовь, деньги, семью и свободу.
