Тарас ахнул. Галина Петровна раздулась ещё сильнее и стала похожа на дирижабль, готовый вот-вот взлететь.
— Это как же так? — заголосила она, всплеснув руками.
— Ты мать родную на улицу гонишь. Тарасик, ты посмотри на неё. Я тебе говорила, что городские все бездушные.
— У неё квартира огромная пустует, углы свободные простаивают. А она родню на улицу гонит. — Слова сыпались из неё, как горох.
Женщина принялась перечислять все грехи Оксаны, начиная от недостаточно почтительного тона и заканчивая тем, что у неё в прихожей нет нормальной обувной ложки с длинной ручкой, из-за чего Галине Петровне пришлось нагибаться. Но Оксана её уже не слушала.
У неё внутри пульсировала холодная ярость. Воздух в квартире неуловимо изменился. Что-то было не так.
Где кот? Её мейн-кун Марс обычно встречал хозяйку у самой двери. Этот огромный, похожий на рысь, зверь весом в десять килограммов, с пушистыми кисточками на ушах и характером матёрого начальника налоговой, всегда требовал свою порцию внимания. Сегодня его не было.
Оксана нахмурилась и принюхалась. С кухни тянуло странным, едва уловимым запахом. И это был не запах укропа из коридора.
Это был запах чего-то варёного. Она быстрым шагом обогнула причитающую Галину Петровну и двинулась на кухню. То, что предстало её глазам, превзошло самые смелые ожидания в области бытового хамства.
Её стильная кухня с мраморными фасадами выглядела так, будто в ней неделями никто не убирался. На столе, прямо на дорогой салфетке, покоилось пустое сервировочное блюдо из дорогого фарфора. Вокруг него живописными кучками громоздились обглоданные рыбьи кости и головы.
Мелкие, колючие и абсолютно голые. Рядом валялись измазанные жиром ошмётки бумажного полотенца, которое висело в рулоне у раковины. Дверца холодильника была приоткрыта.
Из мусорного ведра торчала упаковка от дорогого сыра, который Оксана берегла на выходные. Но главное было под кухонным диванчиком. Оттуда, из самой темноты, на Оксану смотрели два огромных жёлтых глаза…
