Жизнь без прикрас— А ты сам где живёшь?
— Тебе зачем? — замялся мальчик.
— Хочу помочь тебе. И расспросить о женщине, которая подарила часы.
— Как помочь?
Из кармана Павел вынул купюру в пять тысяч. Мальчик уставился на неё: наверное, за целый месяц ему не доводилось видеть столько денег.
— Возьми. Отведёшь меня к себе — она твоя. Мне нужно поговорить с теми, кто знал Тётю Солнце.
Мальчик перевёл взгляд с денег на Павла и снова на деньги.
— Ты чокнутый, что ли? К нам собрался? В такой дорогой одежде?
— Будем идти вместе. Ты меня прикроешь.
Мальчик невесело хохотнул.
— Я тебя прикрою? Дядя, мне всего девять!
— Как тебя зовут?
— Михаил.
— А я Павел. Михаил, без твоей помощи мне сейчас не обойтись. Ты пока даже не представляешь, насколько она мне нужна.
Михаил задумался, пожёвывая щёку изнутри.
— Тогда ещё такую же бумажку, когда придём.
— Когда придём, получишь три.
У мальчика округлились глаза. Ещё пятнадцать тысяч — целое состояние для беспризорника.
— Ладно. Только ограбят тебя там — не говори потом, что я виноват.
— Договорились. Рискую сам.
Первую купюру Михаил убрал в дырявый кроссовок и кивнул.
— Идём. Добираться далеко: сначала маршрутка, потом в гору пешком.
Павел поднялся и последовал за ним между палатками. Они перепрыгивали лужи грязной воды; на мужчину в костюме рядом с нищим ребёнком любопытно оглядывались, но Павел не обращал внимания.
В маршрутку пришлось втиснуться. Заплатив за двоих, Павел встал среди усталых рабочих, студентов с тяжёлыми рюкзаками и женщин с младенцами. Михаил всю дорогу молчал, глядя в окно. Часы больше не играли, но Павел всё равно смотрел на них.
Делал их швейцарский часовщик. Всё началось с мультфильма: Косте захотелось такие же волшебные музыкальные часы, как у главного героя. Богатый отец исполнил этот каприз — перевернул весь мир, пока нашёл способ достать сыну желаемое.
Мастер записал придуманную Павлом песенку: всего четыре ноты, повторявшиеся снова и снова. Отец напевал её каждый вечер, и без колыбельной Костя не засыпал. Теперь, через три года, его музыка оказалась у чужого ребёнка на руке.
На конечной Михаил вышел первым. Павел спустился следом и увидел совсем другой город: вместо офисов и освещённых магазинных витрин — голый кирпич домов, тесные переулки, провода над головой, как паутина.
— Теперь ногами, — предупредил Михаил. — Не разговаривай, в глаза никому не гляди. Телефон спрячь, денег не показывай. И шагай быстро.
Павел кивнул. По грунтовой дороге мальчик шёл споро, огибая ямы, сточные лужи и мусорные кучи. За кое-как сколоченными заборами лаяли тощие собаки, женщины полоскали бельё в бетонных корытах. С пластиковых стульев их провожали жёсткими взглядами мужчины.
Павел старался держаться рядом, но спотыкался чуть ли не каждые пять шагов: итальянские кожаные туфли годились совсем для других дорог. Подъём занял двадцать минут и закончился у барака на самой вершине холма. Дощатые стены, шифер, в дверном проёме занавеска.
Михаил отодвинул её и шагнул внутрь.
— Ба! Я вернулся!
Из глубины вышла худая согбенная старуха с пучком белых волос. Перевела взгляд с внука на гостя, и лицо её сразу стало закрытым.
— Кого это ты привёл?
— Это часы моего сына! — вырвалось у Павла; он показывал на запястье мальчика. — Заказная работа, больше таких нигде нет. Михаил говорит, их подарила Тётя Солнце, а нашла она их на берегу.
Старуха застыла, словно статуя, даже не моргнула.
— Мне надо разыскать её, — продолжил Павел. — Расспросить, что ей известно. Ведь кроме часов она могла найти что-нибудь ещё. Могла встретить моего сына, увидеть, что с ним произошло.
В тесном бараке стояло тяжёлое молчание. С улицы доносились детские крики, где-то лаяла собака. Наконец бабушка подошла к пластиковому стулу, села и указала Павлу на деревянный ящик.
— Солнце — это прозвище, а не имя. Волосы у неё огненные были. Рыжие, на свету прямо как солнце. Вот и прозвали.
— Она жила здесь?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.