Жизнь без прикрасМеня это задело. У мамы склад, мешки, а она берётся судить о людях. Оказалось, понимала она больше всей нашей конторы разом. Только дошло до меня это через одиннадцать лет — у магазинной кассы, с кефиром в руке.
Владимир быстро перестал быть простым менеджером. Сначала заместитель, потом партнёр, а через четыре года после свадьбы — собственная фирма «ДомРесурс», которую он открыл с приятелем Славой Бойко. Они взялись за настоящий дом в шестнадцать этажей. Окраина, поле, автобусное кольцо — и жилой комплекс «Липовый горизонт».
Вдоль трассы появились рекламные щиты: на балконе счастливая семья, за ней закат. «Твоё солнце здесь». Проезжая мимо, Соня радостно выкрикивала:
— Папин дом! Папин дом!
Мы же оставались в моей бабушкиной трёшке в панельном доме. Я поселилась там в двадцать лет, когда поступила в профессиональную школу. В той самой квартире была гостиная, которую потом показывала камера.
— Потерпи, это временно, — говорил Владимир. — Закончим «Липовый горизонт», возьму тебе две квартиры на самом верху. Соединю — пентхаус будет. Выйдешь на террасу, майор, весь город твой под тобой.
Капитаном я тогда была. «Майор» он говорил авансом.
Поначалу я считала, что он много работает. Теперь уж не знаю. В семь часов уезжал, в одиннадцать часов возвращался. Субботы — стройка, воскресенья — расчёты со Славой. Я не вмешивалась: сама сутками пропадала на службе. То обыск, то труп, то малолетка с ножом — этим была занята я. На кухне мы сходились, как два сменщика, и передавали друг другу Соню, как дежурство. Мне казалось, семья так и устроена: взрослые пашут, а между ними ребёнок.
На пятом году брака дом дорос до десятого этажа. Тогда Владимир и взялся за нашу гостиную.
— Сколько можно в бабкиной халупе? Хоть зал в порядок приведу.
Три недели он проводил там вечера, всё делал один. Убрал старый паркет, залил стяжку, настелил дорогущий немецкий ламинат — чтобы ногам тепло было. Собрал стенку на всю стену, с подсветкой и нишами, поставил диван. Я гордилась: муж не белоручка, мастерок держать умеет. Теперь знаю, для чего ему понадобились эти три недели наедине с гостиной. Тогда видела только сделанный ремонт.
Через полгода стройка замерла. Сначала это было тихо: больше не поворачивались краны, пропали рабочие.
— Банк с траншем тянет, — объяснял Владимир. — Это пауза. Перезимуем.
Потом тишина кончилась. Возле офиса собрались 152 семьи. Одни продали квартиры в старых пятиэтажках, другие взяли ипотеку, вложили деньги, отложенные для детей. Взамен им достались десять этажей бетона посреди поля, возле автобусной конечной. Плакаты, заявления в прокуратуру. Люди приходили даже ко мне в отдел.
— Вы ведь жена Олейника? Где наши деньги?
Дома я повторяла мужу их вопрос. Он привычно опускал ладонь мне на плечо.
— Слушай, я тебе сейчас скажу, как будет. Слава с подрядчиками накосячил, а я вытаскиваю. Средства на счетах, их арестовали. Разблокируем — достроим. Не лезь, майор, ты стройку не понимаешь.
В стройке я и правда не разбиралась. Моя работа была с трупами. Здесь я полагалась на мужа.
В марте Славу Бойко арестовали за мошенничество в особо крупном размере. Об этом мне сказал Миша Журба, однокурсник, служивший по экономическим преступлениям. Подошёл и заговорил негромко:
— Ира, Бойко закрыли. Твоего пока оставили в покое, на следующей неделе повестка будет. Знаешь, где деньги?
— На счетах. Под арестом.
Он посмотрел так, будто я только что принялась доказывать ему, что Земля плоская.
— Ира, из девяноста миллионов на счетах двести тысяч. Остальных нет нигде.
Повестка пришла на четверг. В субботу Владимир отправился рыбачить с Вадиком, прорабом с их объекта. Ничего необычного: с ранней весны они вместе ездили на водохранилище, выходили на лодке. Я даже обрадовалась — проветрится перед допросом, а то нервы у него совсем сдали.
Он поцеловал Соню.
— К вечеру буду. Не кисни, майор, разберёмся со всем.
Вечером вместо него позвонил Вадик. Орал так, что слова я разобрала не сразу.
— Волна… Лодка… Он встал, снасть размотать хотел! Нас перевернуло!
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.