Не поднимаясь, Богдан нащупал упавший автомат, развернул вдоль прохода и нажал на спуск. Стрелял, пока магазин не опустел. Из темноты донёсся тяжёлый звук падения, после которого ближайшая стрельба прекратилась.
Он остался над Мариной, тяжело дыша. Воздух пах порохом, от дыма щипало глаза. Его пальцы скользнули в её волосы, притянули ближе, и только теперь он смог выговорить:
— Марина… Тебя задело?
Она обняла его поперёк спины, удерживая так же крепко, как он её.
— Нет. Слышишь? Я цела. Со мной всё хорошо.
Они лежали среди дыма и обломков, прижавшись друг к другу. В другой части дома ещё шёл бой, но здесь на несколько мгновений слышалось только их дыхание. Богдан держал женщину, появившуюся в его жизни всего несколько недель назад, с такой силой, будто разжать руки означало потерять последнюю опору.
Марина попыталась глубже вдохнуть и упёрлась ладонями ему в грудь.
— Дай мне выбраться. Ты тяжёлый.
Он осторожно перенёс вес в сторону. Повреждённое плечо отозвалось болью, неподвижные ноги потянулись следом, когда Богдан перекатился на спину. Марина сразу поднялась на колени. Осматривать собственные ссадины было некогда: убежище оставалось закрытым, а тишина в коридоре не обещала безопасности.
Ухватившись за раму, она натужно приподняла кресло и вернула его на колёса. Затем вернулась к клавиатуре. Руки дрожали так сильно, что пришлось на мгновение прижать ладонь к стене.
— Повтори код.
— Восемь, ноль, четыре, два. Звёздочка, — выговорил Богдан, прерываясь на вдох.
Тяжёлая дверь с шипением отошла наружу. Марина схватила его за ворот рубашки, упёрлась ботинками в ковёр. Поднять такого человека она не смогла бы и в спокойной комнате. Оставалось тянуть…
