Оксана добралась до мастерской отца до того, как люди Кравченко успели вернуться туда с повторным обыском. Помещение находилось в старом транспортном депо и много лет считалось заброшенным. Под верстаком сохранился узкий погреб, прикрытый листом железа. Там Оксана разложила документы и занялась копиями.
Сначала переписала номера дел, даты и фамилии. Затем с помощью старого магнитофона перенесла архивные записи на две кассеты. Оригинальные катушки упаковала отдельно. Синюю тетрадь разделять не стала: вырванные страницы могли дать защите повод утверждать, что книга составлена позднее. Вместо этого сфотографировала каждый разворот аппаратом Мирона Павловича.
Старик пришёл через задний двор, убедившись, что слежки нет. Увидев подписи и услышав голос Левченко, он сел на табурет и долго молчал. Мирон Павлович признался, что Андрей Гнатюк подозревал готовящуюся провокацию, но не успел рассказать дочери. Он передал часть бумаг знакомому в архиве, а затем внезапно умер. Все боялись продолжить его работу.
— Теперь бояться поздно, — сказала Оксана. — Они уже убили Лидию и забрали сына Андрея Шульги. Если мы снова спрячем бумаги, список только вырастет.
Мирон Павлович знал водителя междугороднего грузовика, который утром отправлялся в большой административный центр. Оксана подготовила пакет для независимого отдела внутренней безопасности: копии тетради, две записи, фотографию распоряжения об операции и письмо с указанием, где находятся оригиналы. Второй пакет предназначался редакции крупной газеты. Если первый исчезнет в кабинетах, второй должен был стать публичным.
Она не добавляла обвинений от себя. Документы говорили достаточно. В письме Оксана кратко описала, что Левченко использует полицию для поисков свидетеля, а Олег Кравченко руководит вооружёнными людьми. В качестве подтверждения указала время нападения у вокзала и имена сотрудников, присутствовавших на мосту.
Мирон Павлович забрал пакеты. Оксана попросила отправить их разными маршрутами и никому не сообщать, где она находится. Старик коснулся её руки и сказал, что отец гордился бы ею. Оксана отвернулась. Эти слова причиняли боль сильнее раны.
Оставшись одна, она включила рацию. В переговорах людей Кравченко царила растерянность. Одни искали Оксану, другие получили приказ следить за Левченко, третьи пытались найти Тараса, который исчез после скандала в казино. Олег перестал доверять собственному начальнику охраны.
Через несколько часов на частоте полиции прозвучал приказ снять часть постов с выездов и направить их к зданию прокуратуры. Левченко тоже готовился. Он опасался, что Олег, загнанный в угол, попытается обменять синюю тетрадь на неприкосновенность. Двое сообщников начали стягивать вооружённых людей друг против друга.
Оксана решила усилить раскол. Она выбрала фрагмент записи, где Олег говорил о готовности убрать прокурора, и передала кассету через мальчишку в приёмную Левченко. На упаковке написала только: «Он всегда держал вас на коротком поводке». Другую записку отправила Олегу. В ней сообщалось, что Левченко уже ищет исполнителей для устранения опасного партнёра.
Вечером Кравченко вызвал прокурора в свой кабинет. Оксана не присутствовала при разговоре, но слышала его часть по рации охраны. Мужчины обвиняли друг друга в утечке, требовали показать телефоны и называли предателями общих помощников. Левченко отрицал всё, Олег напоминал, сколько денег заплатил ему за десять лет.
Разговор закончился без выстрелов лишь потому, что каждый ещё нуждался в другом. Левченко мог объявить официальную операцию, Олег располагал людьми и сведениями о тайных счетах. Они договорились встретиться снова после того, как найдут Оксану, но уже в конце беседы оба тайно отдавали приказ наблюдать за партнёром.
Оксана понимала: документы отправлены, однако ждать официальной реакции в убежище нельзя. Центральная служба могла приехать через сутки или через неделю, а местные сотрудники имели время уничтожить склады, архивы и свидетелей. Необходимо было собрать их вместе и записать признание в присутствии вооружённых людей. Тогда ни один начальник не сумеет представить дело личной местью бывшей заключённой.
Она выбрала старый известняковый карьер на окраине. Там сходились две технические дороги, на дне сохранились заброшенный экскаватор, цистерна и водоём. С верхнего края просматривалась вся площадка, а радиосвязь работала без помех. Оксана знала карьер ещё по поставкам комбината.
Через посредника она передала Олегу условие: синяя тетрадь и архивная папка будут обменены на документы, подтверждающие её право на квартиру, и письменное признание. Левченко получил отдельное сообщение, будто Кравченко собирается отдать прокурора в обмен на собственную свободу. Каждому назначили одно время и одно место.
Оксана не рассчитывала, что они поверят обещаниям. Она рассчитывала на их жадность и страх. Олег придёт за тетрадью, Левченко — проверить, не предал ли его партнёр. Оба возьмут охрану и начнут говорить, потому что десять лет считали слова безнаказанными.
Перед выходом Оксана спрятала под ватником маленький диктофон, соединённый с переносной рацией. На нужной частоте сигнал мог быть услышан с верхней дороги. Мирону Павловичу она оставила частоту и координаты, чтобы передать их прибывающей группе внутренней безопасности. В вещмешок положила металлические болты, сверху — несколько пустых листов в синей обложке. Настоящая тетрадь уже находилась далеко от мастерской.
Ночь была холодной и ясной. Оксана вышла из депо, не оглядываясь. Она не знала, успела ли центральная служба получить пакет и появится ли кто-нибудь на краю карьера. Но отступать было поздно: следующего человека Олег мог убить ещё до рассвета. Оставалось войти в подготовленную ловушку и заставить врагов поверить, что добыча по-прежнему у неё в руках…
