Жизнь без прикрасНа следующий день Шевчук позвонил ближе к полудню.
— Оксана Мироновна, есть новость. Вчера вечером, через несколько часов после нашего заявления, в надзорный орган поступило ещё одно обращение по тому же кругу вопросов. От другого лица.
Она остановилась посреди тротуара.
— От кого?
— От Богдана Ярославовича Дорошенко. С полным пакетом материалов по «Гранит Плюс» и Бойко. И с отдельным разделом по Савчуку. Судя по тому, что удалось узнать, этот раздел значительно подробнее нашего.
Оксана молчала. Потом сказала медленно:
— Значит, он знал больше, чем рассказал.
— Или быстро собрал через своих адвокатов. Он опытный человек. Но ход грамотный. Он занял позицию сотрудничающего свидетеля до того, как его могли вызвать в другом качестве.
— Я надеялась, что он так сделает.
— Вы специально дали ему время?
— Я дала ему правду. Что он с ней сделал — его выбор.
В этом ответе не было ни самодовольства, ни холодной морали. Оксана не считала себя человеком, который вправе раздавать другим очищение или приговор. Она лишь поставила перед Дорошенко зеркало документов и дала возможность не отворачиваться первым. Он мог выбрать защитную ложь, мог обвинить её в неблагодарности, мог закрыться адвокатами и ждать, пока факты придут к нему официально. Он выбрал другое. И это тоже становилось частью общей картины.
— Он сделал правильный выбор.
Шевчук помолчал.
— Знаете, я много лет работаю с такими делами, но редко вижу подобное. В вашей ситуации большинство либо избегает разговора, либо атакует.
— Разговор иногда работает лучше.
Она сказала это спокойно, но после звонка ещё несколько секунд держала телефон в руке. Разговор действительно сработал, но не отменил тревоги. Теперь в деле было больше правды, зато и больше движения, а движение в таких историях редко бывает мягким. Оксана понимала: правильный выбор Дорошенко не делает его безупречным, но делает дальнейшую работу возможной. Для неё этого было достаточно. В делах она не требовала святости. Она требовала честности после того, как ошибка стала видна.
После звонка Оксана зашла в кофейню на углу. Хозяйка, Валентина, уже знала её привычки и поставила перед ней капучино без вопроса.
— Устали сегодня, — заметила она.
— Немного.
Оксана сидела у окна и думала о том, что события начали двигаться без её прямого участия. Надзорный орган работал. Шевчук следил за процессом. Дорошенко занял позицию. Савчук пока молчал публично, но звонок через посредника говорил достаточно. Где-то в этом же городе или уже по дороге обратно был Андрей — обиженный, злой, не привыкший уходить без последнего слова.
Телефон завибрировал. Номер был незнакомый, из другого города.
— Да.
— Оксана.
Она узнала голос сразу.
— Я слушаю.
— Мне нужно поговорить с тобой. Не по телефону. Встреться со мной.
— Андрей, по всем деловым вопросам есть мой юрист.
— Это не деловой вопрос.
— Тогда у нас нет вопросов.
— Подожди. Я понимаю, что вчера повёл себя неправильно. То, что сказал... это было мерзко. Я не должен был.
Оксана молчала несколько секунд.
— Я услышала.
— Я не ожидал тебя там увидеть. Растерялся. Это не оправдание, знаю. Но я не хочу, чтобы между нами оставалось...
— Андрей, между нами ничего не осталось. Ни злости, ни обиды, ни незакрытых счетов. Ты сказал при людях то, что сказал. Теперь это часть твоей истории, не моей. Деловые вопросы — через юриста. Всё остальное я считаю завершённым.
На другом конце было тихо.
— Ты стала...
— Я была такой всегда. Просто теперь это видно. Удачи тебе.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.