Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Невеста бежала со свадьбы через заснеженный лес, а убежище нашла у травницы

Часть 9 из 18

Галина Степановна села напротив девушки.

— Подаст заявление — его станут проверять. Тебя вызовут, будут записывать твои показания. Вот там и расскажешь, что видела: про баню, про Нину. Здесь, в интернете, он первым всё написал, а там будет протокол.

— Да кто меня станет слушать? Он депутат, у него брат…

— Брат давно на пенсии, — вмешался Григорий Яковлевич. — Пашка лет восемь на даче огурцы солит. Иришка рассказывала: начальника в Липовежск из области прислали. Чужой человек, говорят, никому не кум.

Галина Степановна перевела взгляд с соседа на Таню.

— Слышишь? Это уже не 1995 год. Тридцать лет прошло.

— Одних моих слов всё равно мало. — Таня покачала головой. — Против его слова — моё. В суде скажут: сбежала со своей свадьбы, теперь на уважаемого человека наговаривает, лишь бы деньги оставить.

— Нужно, чтобы ещё кто-нибудь сказал.

— Кто?

— Нина Фёдоровна.

— Она не станет. Двадцать лет молчит.

Таня нахмурилась и умолкла. Потом заговорила медленнее, будто вытягивала воспоминание тонкой нитью:

— Постойте… Нина Фёдоровна ведь приходила к нам позапрошлой весной. Я дежурила в приёмном. Ночью на такси приехала, одна, за бок держалась. Сказала, с лестницы в погреб упала. А там два ребра сломаны, на шее следы, как от пальцев. Я врачу сказала, дежурному. Он отмахнулся: «Ну упала. Что ты придумываешь, Татьяна?» Так бытовую травму в журнал и внесли.

— Значит, внесли, — повторила Галина Степановна. — Дата и время остались в журнале травмпункта.

— Да. И рентген в архиве. Я его сама подписывала, хорошо помню.

— А что ты сейчас вспомнила?

— Я тогда ещё не знала, кто она. Даже с Константином не была знакома. Через полгода познакомились, он отца на перевязку привёз. У меня в голове и не сошлось. Ну Нина Фёдоровна… Разве мало Нин?

Григорий Яковлевич присвистнул.

— Так вот и бумага. А может, не одна. Вдруг она в тот погреб не первый раз «падала».

Галина Степановна не шевельнулась. В 1995 году, сломав ей руку, Виктор никуда её не повёз. Антонина вправляла руку уже в Верболужье. Ни снимка, ни строчки в журнале — ей нечего было показать, и слушать её никто не стал. У Нины, выходило, такие записи были. Сама добиралась ночью на такси до больницы. Галине Степановне думалось: может, ей и нужно было, чтобы хоть где-нибудь осталось свидетельство.

— Наверное, ей никто не объяснил, куда с такой бумагой идти дальше, — сказала она вслух.

К 15:00 над лесом начало меркнуть небо. В конце ноября день кончался рано: серый цвет сменился синим, затем почти чёрным. Галина Степановна растопила печь, занялась картошкой. Таня за столом медленно снимала кожуру тонкой лентой, как когда-то учила бабушка. Говорили мало.

Григорий Яковлевич ушёл домой. Обещал поглядывать на дорогу и при надобности выпустить собак. На прощание вспомнил старое ружьё в сарае: патронов к нему нет, но это ещё ничего — само ружьё видно и без патронов.

В половине пятого лай заставил Таню выронить нож в кастрюлю. Галина Степановна подошла к окну. По колее пробиралась одна машина с зажжёнными фарами — серая легковушка. У калитки она встала, свет погас.

Некоторое время дверцы оставались закрытыми. Галина Степановна смотрела, затаив дыхание. Наконец появился Константин — в джинсах и старой рабочей куртке, уже без свадебного костюма. В руке у него белела маленькая атласная сумочка с жемчужной застёжкой.

— Моя, — прошептала за плечом Таня. — Моя сумочка.

Та самая, оставленная в кафе на столе, вместе с телефоном.

— Ступай за печь.

— Он же один. Отца нет.

— За печь, Таня. Я сказала.

Девушка скрылась за травами. Галина Степановна надела очки, но платка брать не стала: прятать лицо теперь было незачем.

Константин поднялся на крыльцо, остановился у двери. Сквозь щель она видела его руку — поднял, словно собирался постучать, но замер. Опустил. Ещё раз поднял. Галина Степановна сама отворила дверь.

Она стояла на пороге сеней, он — снаружи. Полметра морозного воздуха разделяли их. И тридцать один год.

— Я знаю, она здесь, у вас, — сказал Константин тихо, совсем другим, чем утром, голосом. — Видел на опушке её след. Там, где начинается ваша тропа. Вы затоптали остальные, а один под ёлкой уцелел: валенком туда не добраться. Босая узкая ступня. Я отцу ничего не сказал…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

2

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю
Мар'янаУкраина

Треба давати 2 шанс в житті так я в цій історії троха себе бачу бо запас даю шанс свому чоловіку

ГалинаУкраина

Щиро дякую за дуже цікаву життєву історію і за хороше закінчення. Миру всім і добра, злагоди і любові.❤️

Все обсуждения

Ещё из рубрики «Свадьба»

Все истории рубрики