Жизнь без прикрасЗакончив разговор, я ещё посидела, глядя на ботинки, проплывавшие за верхним окном. Три миллиона двести восемнадцать тысяч. Не всё, что у меня было, но почти все свободные средства. Три года я собирала подушку: на случай болезни, на образование Александры, на мамину старость. Сбережения лежали на накопительном счёте. Большой кредитный лимит нужен был для работы — порой приходилось заранее оплачивать несколько недель в разных гостиницах, а возмещения ждать.
Теперь от лимита почти ничего не осталось. Проценты банк имел право начислять, а погашать долг мне предстояло из тех самых отложенных денег.
Я запустила диктофон. Рабочая привычка: важные разговоры я записываю все. Не ради шантажа, не для будущего суда — человеческая память меняется, а запись остаётся прежней.
Потом отправила дочери сообщение: «Саша, я уже долетела, всё в порядке. С дедушкой пока не виделась. Ты как?» Ответ появился почти тут же, словно телефон уже был у неё в руке: «Мам, в каком ты номере? Папа говорил, вам всем люксы».
Я посмотрела на трубы и написала: «Потом расскажу. Готовься к сессии». Она спросила: «Мам, что у тебя произошло?» На это я не ответила.
Восемнадцать лет, первый курс архитектурного в большом городе. Зимние экзамены сдвинули из-за ремонта учебного корпуса. Саша хотела попасть на дедушкин юбилей, но Дмитрий убедил: «Сейчас главное учёба, дед не обидится». Я тогда согласилась. Теперь возникло подозрение: может, дочь ему мешала как лишний свидетель.
Я сняла пальто, устроила его на крючке, а бумаги достала и разложила рядом на кровати, как во время ревизии. Начать следовало с того, что можно подтвердить. Карта использована без разрешения. На обязательном для оплаты чужого проживания бланке подделана моя подпись. Подвал включён в заказ заранее и оплачен моими же деньгами: меня определили сюда ещё две недели назад.
Отдельно стояли сегодняшние слова Дмитрия о нехватке номеров. Бронь была общей, единым пакетом, и ни одной попытки заказать мне что-то другое в ней не значилось. Одним хамством этого уже не объяснить. Получался план, а у плана должна была быть цель.
Деньги.
Фирму, которую муж называл своей, Владимир Леонидович основал ещё в девяностые. Экскаваторы, погрузчики, краны — торговля спецтехникой. Последние двенадцать лет руководил Дмитрий. Он уверял, что дела процветают: дорогие часы, новые машины, поездки матери на воды. При таком благополучии моя кредитка ему была ни к чему.
Я перебирала другие причины. Месть за то, что последние восемь лет зарабатывала больше него? Напрямую он никогда не жаловался, но стоило друзьям спросить о моей работе, как он мрачнел. Однажды Тамара Ивановна при гостях насмешливо объявила: «Валерия у нас ревизор, по чужим гостиницам ходит», — и засмеялась. Дмитрий промолчал.
Унизить меня тоже могли. Только для унижения необязательно тратить три миллиона. Значит, за этим оставалось что-то ещё. И слова свекрови о том, что к ужину меня не ждут, теперь слышались иначе. Меня старались держать подальше от общего стола, от разговоров и от Владимира Леонидовича.
Я представила его — высокого, сутулого, с большими руками инженера-механика. За девятнадцать лет от него мне досталось, наверное, слов триста. Он вообще был немногословен. Когда Тамара Ивановна принималась острить про мои подсобки и простыни, свёкор молча вставал из-за стола. Поначалу я объясняла это скукой; позднее поняла, что ему стыдно за жену.
На дне рождения Саши, когда ей исполнилось десять, он отвёл меня в сторону.
— Держись, Валерия. Они думают, ты слабее, чем есть. А у тебя порода такая.
Тогда я рассмеялась: откуда породе взяться у дочери спасателя и хозяйки маленького гостевого дома? Теперь, в подвале, я вспомнила его голос так отчётливо, будто разговор был вчера.
Завибрировал телефон. Дмитрий написал: «Ты куда пропала? Мама говорит, обиделась. Не порти отцу праздник». Я оставила сообщение без ответа. Хотелось сообщить сразу всё: и про найденное письмо, и про аэропорт, и про зарегистрированное обращение в банк. Но тогда он получил бы время подготовить свою версию, найти объяснения, убедить мать с сестрой, что у меня истерика. Объяснять он умел.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.