— Нет.
— Тогда объясни, кто эти люди.
— Они уже сказали.
Нина открыла папку.
— Машина ждет у входа. Документы нужно сверить до заседания. Появилась копия дополнительного соглашения, о котором вы предупреждали.
При этих словах Глеб дернулся. Совсем чуть-чуть, почти незаметно. Но Вера увидела. И Артем тоже.
— Копия? — спросил он.
— Да. С вашей подписью.
— С моей?
— Якобы с вашей.
Глеб резко отодвинул стул.
— Я не собираюсь обсуждать свои дела при посторонних.
— Тогда не обсуждайте, — сказал Артем. — Я ухожу.
Он сделал шаг, но Глеб перегородил ему дорогу.
— Нет. Сейчас ты останешься и скажешь, кто тебя натравил.
Артем посмотрел на него снизу вверх. Глеб был выше, шире, занимал пространство так, как человек, привыкший, что перед ним расступаются. Но Артем не отступил.
— Меня никто не нанимал против тебя.
— Лжешь.
— Я пятнадцать лет занимаюсь инженерными обследованиями аварийных зданий и социальных объектов. Фонд восстанавливает старый учебный корпус под центр для подростков и семей, которым нужна помощь. Ты пытался через связанную компанию забрать соседний участок вместе с корпусом. В документах появились подписи людей, которые их не ставили. Среди них — моя.
Глеб покачал головой.
— Ты больной.
— Возможно. Но заключение экспертов — нет. И записи встреч тоже.
Слова были произнесены почти без нажима, но попали точно. Глеб снова потерял цвет лица. Он оглядел стол, будто искал привычный смех, поддержку, восхищение. Но люди, которые еще недавно были его публикой, теперь смотрели на него испуганно и недоверчиво.
— Артем, — спросил Роман, — ты правда председатель совета?
Артем неловко пожал плечом.
— Временно. После смерти жены я помогал фонду с проектом. Она работала там. Потом остался.
— А свитер? — неожиданно спросила Дина и тут же покраснела, поняв, как странно прозвучал вопрос.
Артем посмотрел на рукав.
— Жена связала. Перед больницей. Я надеваю его, когда тяжело.
Вера отвернулась к окну, потому что глаза защипало. Ольга закрыла лицо рукой. За столом кто-то кашлянул, не зная, куда деть неловкость.
Глеб попытался усмехнуться.
— Очень трогательно. Только сентиментальные истории к делу не относятся.
— Относятся, — сказала Нина. — Поддельное соглашение проходило через вашу юридическую группу. Кроме того, сегодня совет рассматривал предложение компании, связанной с вами. После заключения Артема Сергеевича предложение будет отклонено.
— После его заключения? — Глеб ткнул пальцем в Артема. — Вы этому человеку доверяете?
— Да.
— А вы знаете, что он в школе украл деньги у всего класса?
Вера встала так резко, что стул скрипнул.
— Глеб!
Но он уже сорвался. Страх сделал его голос громче, резче, почти визгливым.
— Знаете? Он и тогда изображал бедного честного мальчика. Деньги пропали, потом вдруг нашлись, виноватых не оказалось. Все пожалели тихоню. А теперь он эксперт, председатель, благодетель!
Артем закрыл глаза на одно короткое мгновение. Когда открыл, Вера увидела в них не злость. Там была усталость — старая, въевшаяся, как шрам.
— Деньги взял ты, Глеб.
Тот расхохотался.
— Докажешь?
