Муж и свекровь сменили замки, пока Ира была в командировке, но домой она вернулась вместе с отцом

Наталья фыркнула, схватила свою дизайнерскую сумочку и, не говоря ни слова, направилась к выходу. Стук её каблуков напоминал звук забиваемых гвоздей в гроб Костиной уверенности.

— Наталья, стой, подожди, мы что-нибудь придумаем.

Костя рванул за ней, но входная дверь уже захлопнулась, едва не прищемив ему нос. Он обернулся, жалкий, растерянный, лишённый короны. Свекровь сидела на диване, обмахиваясь салфеткой. Родственники молча собирали свои куртки, стараясь слиться с обоями и побыстрее покинуть зону дискомфорта.

— Ну что, хозяин? — Виктор Степанович посмотрел на наручные часы. — Время пошло. Десять минут на сбор. Берёшь только свои вещи: трусы, носки, зубную щётку. И чтоб духу вашего тут не было.

— Вы не имеете права нас выгонять на ночь глядя, — взвизгнула свекровь, вскакивая. — Мы будем жаловаться.

— Жалуйтесь куда хотите, — пожала плечами Ира. — Можете в Международный суд написать. Галина Петровна, ваши баулы в тамбуре. Вытаскивайте оттуда мои вещи, грузите свои. Костя свои вещи соберёт в мусорные мешки. У меня на кухне рулон лежит. И ключи. Кстати, кладите ключи от нового замка на тумбочку и вызывайте такси. Или можете на себе вещи тащить.

Костя попытался включить режим побитой собаки. Он посмотрел на Иру теми самыми щенячьими глазами, которые когда-то сработали в театральном буфете.

— Ира, Ир, ну мы погорячились, наверное. Это мама всё придумала. Это она Наталье написала. Я не хотел, правда. Помутнение временное. Давай всё забудем.

А Ира рассмеялась искренне, громко, до слёз.

— Да ты просто искал, кому бы на шею присесть поудобнее. Слезай, остановка конечная.

Суета длилась ровно пятнадцать минут. Костя, бормоча под нос проклятия, пихал свои футболки в пакеты. Свекровь причитала о жестокости современных женщин и коварстве хитрых тестей. Виктор Степанович лично сопроводил их до лифта. Когда двери кабины закрылись, отсекая от них лица бывших родственников, Ира шумно выдохнула. Воздух в квартире стал чистым и лёгким. Запах розовых духов свекрови быстро выветривался в открытое окно.

Через месяц Ира официально развелась. Костя на суд не явился, прислал ходатайство о рассмотрении без его участия. По слухам, он вернулся в старую комнату в коммуналке и снова начал писать Наталье длинные жалобные сообщения, оставаясь предсказуемо проигнорированным. Замок в квартире сменили в тот же вечер. Ключей было всего два: у Иры и у её родителей.

А ещё через неделю Ира возвращалась домой после работы. Она не чувствовала ни пустоты, ни грусти. Вместо нытика с телефоном её ждал настоящий друг. Как только повернулся ключ в замке, из коридора раздался звонкий лай и цоканье когтей. Навстречу выкатился пушистый щенок корги по кличке Дружок.