— Оксана, — ответили они почти вместе. — Мама Оксана.
— А это не Оксана. Это Мирослава. Она просто очень похожа на вашу маму.
— Нет! — Дарина нахмурилась. — Это мама.
Марьяна тут же прижалась к Мирославе:
— Наша мама заболела. Она просто забыла.
Назар хотел объяснить мягче, но Мирослава остановила его взглядом.
— Девочки, мама сейчас правда не может идти гулять, — сказала она, протягивая к ним руки. — У мамы болят ноги. Вы побегайте во дворе, только далеко от дома не уходите.
Девочки радостно обняли её, поцеловали и выбежали наружу.
— Что ты делаешь? — тихо спросил Назар, когда дверь за ними закрылась.
— А как иначе? Они не слышат объяснений. Для них я мама, потому что похожа и потому что им страшно. Назар, я уверена: это дети моей сестры. Прошу тебя, разузнай всё. Сходи к моим приемным родителям, спроси, откуда они меня взяли. Найди хоть какую-нибудь ниточку. Иначе я сама начну верить, что эти дети пришли к нам из какой-то невозможной жизни.
В тот день у Назара был выходной, и он занялся поисками. Приемные родители Мирославы сначала растерялись, потом достали старые документы. Выяснилось, что в детском учреждении действительно были две сестры-близняшки — Мирослава и Оксана. По характеру они отличались так резко, что воспитатели удивлялись: одно лицо, а будто две разные природы. Оксана была шумная, упрямая, смелая до безрассудства. Мирослава — тихая, осторожная, ласковая.
Оксану удочерила обеспеченная городская семья. Им понравилась именно её энергия. Вторую девочку они брать не захотели: сказали, что спокойный ребенок им не подходит, не их темперамент. Вопрос тогда решили быстро, с помощью денег и нужных разговоров. Мирославу вскоре забрала другая семья — простые деревенские люди, которым как раз хотелось тихую, домашнюю девочку.
Назар слушал это, и внутри у него поднималось тяжелое возмущение. Двух сестер, близнецов, разорвали потому, что взрослым так было удобнее. Одна попала в богатый дом, другая — в деревню. Одна выросла, не зная правды, другая сохранила в памяти только смутное ощущение потерянного отражения.
Он стал искать дальше. На это ушло немало времени. Дарина и Марьяна всё это время жили у них. Мирослава постепенно расспрашивала их о том дне, когда они оказались в лесу. Девочки рассказывали обрывками: мама посадила их в машину, долго ехала, потом привела между деревьев и попросила посидеть тихо. Сказала, что сейчас вернется и привезет мороженое. Они ждали. Сначала играли, потом замерзли, потом начали плакать. Машина уехала, но они не понимали, почему.
— Мама, а где наша машина? — однажды спросила Марьяна, нахмурив лоб.
— Не знаю, — осторожно ответила Мирослава. — Наверное, уехала.
Девочка немного подумала, приняла этот ответ как достаточный и побежала играть. Детское сознание само достраивало то, чего не могло объяснить. Если мама не вернулась, значит, с ней что-то случилось. Если эта женщина похожа на маму и лежит больная, значит, она и есть мама, которая не смогла прийти.
Назар тем временем собирал сведения об Оксане. Чем больше он узнавал, тем труднее было поверить, что у двух сестер могла быть настолько разная судьба. Оксана выросла в достатке, избалованная и уверенная, что весь мир должен подстраиваться под её желания. В школе от неё стонали учителя, одноклассники старались держаться подальше. Приемный отец, вместо того чтобы одергивать, гордился её напором. Ему казалось, что дочь похожа на него: такая же резкая, пробивная, никого не боящаяся. Мать больше переживала, но тоже часто уступала…
