Жизнь без прикрасУтром она принесла на могилу жёлтые полевые цветы на тонких стеблях. Долго стояла.
— Мам, я ношу. Как обещала. — Ирина коснулась кулона. — Ты знала? Когда отдавала его, ты что-нибудь знала?
Низко лежало серое небо, дул ветер.
— Я встретила его сына, — продолжила Ирина. — Говорят, похож на отца. Отца я не знала, а сын хороший. Сложный, но хороший. — Она помолчала. — Не знаю, что дальше получится. Только решила заранее себя не пугать. Ты ведь учила не бояться того, что ещё не случилось.
Ветер не стихал.
— Ладно, мам. Не буду, — продолжила Ирина.
Прежде чем уйти, она аккуратно поправила цветы. Эта привычка к порядку тоже осталась от матери.
О поездке Ирина написала Тарику уже после возвращения в Дубай, через несколько дней: раньше слова не складывались. Рассказала про город, рынок, антоновку, про утро на кладбище и разговор с мамой. Он ничему не удивился: «Хорошо, что вы говорите с ней. Это нужно».
Ирина написала ещё о доме. О том, что он состоит не из стен: из запаха, из света в определённый час, из людей, которым всё про тебя понятно без объяснений. Жить можно далеко от всего этого, а отделиться до конца не получается.
Тарик ответил непривычно длинно. Написал, что знает это чувство; у него самого несколько домов — каждый в своём смысле. Город, дом в Абу-Дабе, где прошло детство. Все они принадлежат ему и всё же не целиком. Деда он помнит плохо, а вот глубокий, слегка хриплый голос помнит. И в этом голосе для него больше дома, чем в любом здании.
Следом пришло: «Хочу кое-что вам показать. Когда дед рассказывал истории, мы записывали на плёнку. Запись старая, качество плохое. Когда-нибудь дам послушать, если хотите». Ирина ответила: «Хочу».
В июне Тарик приехал на три недели. У них уже было своё кафе: пластиковые столики на набережной, морской запах. Привычным стало и молчание вдвоём, и разговоры, начинавшиеся с мелочей. До важного они добирались не сразу, давая себе время.
Однажды он привёз книги.
— С экрана читается иначе. Мне нужна бумага.
Ирина взяла все три. Несколько килограммов займут целую полку, а в её комнате и без книг тесно — она это знала. Читали они каждый у себя, а потом обсуждали прочитанное вместе. Ей это нравилось.
— Что вы любили в детстве? — спросил он однажды. — Не что хорошо получалось, а что доставляло удовольствие.
— Маленькие вещи собирать. Камушки, пуговицы, бутылочные крышки. Всё интересное складывала в коробку. Мама говорила: «Ты как сорока», — но ничего оттуда не выбрасывала.
— Чем вас привлекало именно маленькое?
— Его можно взять в ладони. Большое видишь, а такое ещё и чувствуешь руками.
Тарик посмотрел на неё.
— Как кулон.
Она поняла. Маленькая вещь, которую можно ощутить пальцами; целая история, умещающаяся в ладони.
— Наверное, да.
Их первая ссора случилась в июле. Повод выглядел незначительным, но за ним оказались разный опыт и привычки: в главном они соглашались, а реагировали порой совсем не одинаково.
Тарик между прочим упомянул партнёра, который строил гостиничный комплекс и подбирал опытных людей на управленческие должности.
— С вашей наблюдательностью и опытом вы могли бы его заинтересовать. Если захотите, назову ему ваше имя.
— Вы предлагаете найти мне другую работу?
— Более хорошую. Другую, но лучше нынешней.
— Я вас об этом не просила.
Он выдержал паузу.
— Знаю. Хотел только предложить.
— Для меня это звучит так, будто сама я не способна ничего найти. Или не понимаю, что могу претендовать на большее. Когда помощь предлагают без просьбы, мне обидно.
— Я так не думал.
— А о чём думали?
Тарик помолчал, прежде чем ответить. Оправдываться не стал.
— Хотел пригодиться вам. Вышло неудачно.
Ирина выдохнула.
— Я понимаю ваше намерение. Только я слишком долго справлялась сама. Уже привычка: мне предлагают помощь, а слышится — «ты не справляешься».
— Вы справляетесь. Это я увидел сразу.
— Тогда дайте мне самой выбрать, когда за помощью обращаться.
— Хорошо.
— Хорошо.
После паузы Ирина сказала:
— Получается, мы поссорились.
— Получается.
— Впервые.
— Да. — Он немного помолчал. — По-моему, неплохо справились.
— Согласна. Другая ссора может оказаться хуже.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.