Жизнь без прикрас
Три удара ладонью, короткая пауза — и ещё три. Оксана сразу проснулась, словно кто-то толкнул её в плечо, хотя стучали негромко. Села в постели и прислушалась. Гости так не просятся в дом. За дверью будто стоял человек, заранее уверенный, что ему откроют.
Других звуков, кроме низкого гула воды, почти не было. Ни проезжающих машин, ни собак. В паводок деревня затихала так, что казалось: неподалёку работает огромный мотор. Луговея разлилась на третьи сутки; луга за огородами скрылись под водой, река добралась до бани и снесла старый мост, по которому из Липовежа ездили в райцентр.
Позавчера Степан уехал дежурить к плотине. Обещал вернуться, когда вода пойдёт на убыль, и Оксана оставалась дома одна. С вечера не было электричества: в низине подмыло опору. Теперь вся деревня обходилась свечами и керосиновыми лампами. На настенных часах было без десяти.
Опять постучали — три раза, выждали и ещё три. Оксана отыскала в темноте халат, зажгла лампу и вышла в сени. Сердце билось часто. Ночью будят, когда случилась беда: утонул человек, кто-то заболел, начался пожар. Только тогда в дверь колотят торопливо, сбиваясь. Здесь же стук был размеренным, спокойным — так мог стучать человек, пришедший по делу и не собиравшийся спешить.
— Кто там?
— Оксана Григорьевна, открой. — Голос за дверью был старческий, низкий, с хрипотцой. — Ночевать я к тебе не прошусь. Поговорить нужно, до рассвета.
Оксана осталась за закрытой дверью, прижав лампу к груди. С крыльца доносилось хлюпанье. Это был не дождь: вода уже залила крыльцо, и женщина стояла в луже. Незнакомка назвала её по имени и отчеству. Здесь говорили «Оксана», «Ксюша» или «Стёпина жена»; Оксаной Григорьевной она была только в школе, где работала библиотекарем.
— Вы кто?
— Евдокия Матвеевна. Из Медвяного Ключа.
У Оксаны перехватило дыхание. О знахарке в Липовеже говорили вполголоса. Одни крестились, стоило её помянуть; другие тайком отправлялись за травами от кашля или давления. Рассказывали, что ей достаточно взглянуть на человека, чтобы увидеть его болезнь, а в молодости она принимала роды у половины района. Её изба стояла в лесу, в семи километрах от деревни. Теперь там было воды по пояс.
— Как же вы добрались?
— Ногами, — отозвалась старуха. — Девка, открывай, я промокла до костей. Сказать мне нужно вот что: ты не бесплодна.
Оксана вцепилась в ручку.
— Что?
— Ты не бесплодна, — повторила Евдокия. — Родить тебе не дают. Девять лет не дают. И чай в термосе, который у тебя на столе, — это тоже касается его.
Позднее Оксана не раз возвращалась мыслями к этой минуте. Дверь она открыла не от любопытства и не от страха. Девять лет ей твердили, что ничего не выйдет, что надежды почти нет, что пора смириться. А стоявшая в ночной воде женщина произнесла обратное с такой уверенностью, будто речь шла о простом «дважды два — четыре». Оксана сняла крючок, отодвинула засов и шагнула назад.
Под притолокой Евдокии пришлось пригнуться. Оксана представляла её другой, а увидела небольшую сухую старуху: седые пряди выбились из чёрного платка, промокшая телогрейка потемнела от воды. В мужских резиновых сапогах тоже стояла вода. За плечами висел плетёный короб. Морщины избороздили тёмное лицо, но светлые глаза смотрели цепко, как у птицы.
Ни приветствия, ни крестного знамения перед иконой. Евдокия сразу заглянула в горницу. На столе, поблёскивая в свете лампы, стоял большой синий термос.
— Этот?
— Раиса Андреевна принесла, — тихо ответила Оксана. — Моя свекровь. Каждый вечер приносит травяной сбор, для женского здоровья. Говорит, поможет.
— Мне известно, что она его носит.
Евдокия подошла к столу. Обхватив термос обеими руками, отвернула крышку и понюхала отвар. Лицо осталось прежним, лишь губы сжались. От этого едва заметного движения у Оксаны похолодели ладони.
— Так и есть. Не ошиблась я, — сказала старуха, поставила термос и обернулась. — Оксана, принеси чистую банку, чтобы крышка была. Остаток перелей туда и закрути. Не показывай никому, не пей ни капли. Если утром будут спрашивать — скажешь, что всё выпила.
— Вы хотите сказать… Раиса Андреевна…
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.