Жизнь без прикрасКак-то без всякого повода позвонила Ясмин.
— Хотела спросить, как вы живёте.
— Хорошо.
— Тарик о вас рассказывает.
— И что же?
— Говорит, что вы редкий человек. — Ясмин выдержала паузу. — С вами можно молчать, не испытывая неловкости. Он этим дорожит. Вокруг него много людей, которые молчать не умеют.
Ирина не нашлась с ответом.
— С ним непросто, — продолжила Ясмин. — Лучше знать это сразу. На нём семья, дела, имя. Ещё мальчиком он слышал, за сколько всего отвечает. Бесследно такое не проходит.
— Я понимаю.
— Пока не всё, — мягко сказала Ясмин. — Но сможете понять, если сами захотите.
Закончив разговор, Ирина ещё долго сидела, держа телефон. Думала о том, как прямо иногда говорят пожилые: на обходные пути у них уже нет времени. Жизнь успела показать им, насколько короче дорога напрямик.
О втором приезде Тарик предупредил за неделю: «С 15 февраля буду в Дубае. Если хотите увидеться, напишите».
«Хочу. Только давайте на этот раз без отеля и без кафе», — ответила Ирина.
Он предложил небольшую лодку и прогулку по заливу. Она призналась: «Никогда не выходила на лодке в залив. Для меня это немного странно». Тарик написал: «Я и сам делаю это нечасто. Значит, поучимся вместе».
Лодкой управлял пожилой индиец Раджеш. Небольшая деревянная лодка была укрыта тентом от солнца, мотор работал тихо. В молчаливой работе лодочника было что-то понятное без слов: он занимался своим делом и оставлял их заниматься своим.
С воды Дубай представлялся иначе. В отражениях вдоль берега стояли небоскрёбы, но их величие уже не подавляло: они становились частью пейзажа, как горы или деревья. Поодаль виднелись рыбацкие лодки, летали чайки. Город не сделался меньше — только по-другому ощущался настоящим.
Тарик снял куфию. Ветер трогал тёмные волосы, и с непокрытой головой он выглядел без всякой официальности — человеком, который вышел на воду.
Разговор зашёл о детстве. В десять лет Тарик решил по книжному чертежу сделать деревянный парусник. Три недели работы дали странный результат: на парусник изделие мало походило, зато в ванне плавало. Отец посмеялся, но похвалил.
— Он всегда замечал, что я довёл дело до конца. Хвалил за это, даже если результат выходил неважным.
— Хорошо воспитывал, — сказала Ирина.
— Возможно. Хотя иногда думаю, что отсюда у меня и трудности: продолжаю всё начатое, даже если давно пора бросить.
— Не всегда это плохо.
— Не всегда, согласен.
Потом он неожиданно заговорил о другом:
— Вы ни разу не спрашивали, собирался ли я жениться.
Ирина посмотрела на него.
— Мне казалось, это не моё дело.
— Могло бы им стать. — Он немного помолчал. — Три года назад я обручился. Так договорились наши семьи. Мы с ней знали друг друга с детства, а через полгода она попросила отменить помолвку. Сказала, что меня нет рядом, даже когда я сижу с ней.
Он рассказывал спокойно, будто сообщал необходимые сведения, без исповедального тона.
— Тяжело было это принять? — спросила Ирина.
— Тогда — да. Теперь я благодарен. Она не стала лгать, и это лучше.
— Да.
— Я говорю об этом не затем, чтобы вы меня жалели.
— Я понимаю.
— Я хочу сразу говорить обо всём, что со временем может стать для нас важным, ничего не оставляя за умолчаниями. — Не отводя от неё взгляда, Тарик продолжил: — Так учил меня отец: «Не откладывай правду: скажи её человеку, пока она ещё невелика. Если дать ей вырасти, она сама заявит о себе и причинит боль».
Ирина немного подумала.
— Мне близок такой подход.
— Тогда разрешите спросить столь же прямо: есть ли человек, которому дороги вы? Или который дорог вам?
— Нет. Уже давно.
— Почему так?
— Несколько лет я выживала, потом работала. Вначале было не до отношений, а после привыкла.
— Жить одной?
— Обходиться без зависимости от другого. Это разные вещи.
— Да, — согласился Тарик. — Разные.
Солнце поднялось высоко, вода плескалась о деревянный борт. Они сидели в лодке, и всё казалось ясным, простым — так бывает на воде, когда вокруг ничего лишнего.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.