Изображение было чёрно-белым, нечётким, однако людей различить удавалось. Внизу справа сменялись цифры времени и даты. Камера показывала палату: кровать, на ней — худой пожилой мужчина. Василий Михайлович лежал неподвижно, пока дверь не открылась и внутрь не вошла Инна, толкая металлическую тележку с лекарствами.
Звука для первого впечатления не требовалось. По её резким движениям было видно раздражение. Медицинская карта полетела на тумбочку. Медсестра приблизилась к кровати, взяла стакан воды и стала поить пациента.
Нина сцепила пальцы. Всё, что прежде доходило до неё в пересказах, теперь происходило перед глазами. Рядом стоял ноутбук, в доме было тепло, а на маленьком экране человек лежал в полной зависимости от женщины, которая не скрывала своей злости.
Уголёк подошёл к хозяйке и устроился у её ног, положив голову на ковёр. Нина не отвела взгляда от записи.
Василий Михайлович поперхнулся. Вода пролилась ему на чистую рубашку. Инна не потянулась вытереть её. Вместо этого резко ударила старика по лицу. Он попытался прикрыться слабой рукой, но медсестра перехватила предплечье, с явным удовольствием больно ущипнула кожу и выкрутила руку.
Нина ахнула. На экране исказилось лицо пожилого человека. Рот был широко открыт от боли, а отстранить от себя Инну он не мог. Медсестра продолжала удерживать его, не обращая внимания на беспомощную попытку закрыться.
В кадре мелькнуло чёрное тело. Уголёк, до этого спавший в коридоре, отозвался на шум из палаты. Огромным прыжком он преодолел расстояние до кровати и вцепился в руку, которой Инна мучила пациента.
Именно в руку. Он не метил ей в лицо, не бросался куда придётся. Когти и зубы зацепились за рукав белого халата, и кот потянул медсестру назад, заставляя отойти от кровати. В этом движении Нина узнала то, что уже видела в собственной прихожей: он оказался между человеком и опасностью.
Инна закричала, затрясла рукой, стараясь сбросить животное. Уголёк не отпускал. Он держался, пока она с силой не ударила его о металлическую спинку кровати. Кот упал на пол.
Медсестра на пару секунд исчезла из поля зрения камеры. Вернулась с тяжёлой металлической тростью, оставшейся от одного из прежних пациентов. Лицо её перекосилось от злости. Теперь она загнала Уголька в угол и принялась бить, каждый раз перекрывая ему путь к двери.
На записи было видно, как он пытался увернуться и выскочить. Но трость опускалась снова, а Инна не давала пробежать мимо. Нина смотрела на экран и вспоминала проплешины на животе, неровные рубцы под шерстью. Часть страшного прошлого, о котором она могла лишь догадываться, теперь предстала перед ней.
Примерно через минуту раненый кот сумел проскользнуть между ног медсестры и выбежать. Она бросила трость, посмотрела на исцарапанные руки и поспешила вслед за ним. На этом фрагмент закончился…
