Жизнь без прикрасНиколай не моргал, уставившись чуть левее чайника. Казалось, в голове у него шла последняя сверка баланса. Он всё искал строчку, где его подставили, обманули, подвели. Но в каждой строке стоял его собственный почерк.
— Спросить можно? Не вас. Его. — Елена отошла от окна, встала за диваном и взялась за спинку, как за поручень. — Николай, а Дарья где? Ты ведь говорил: обобрала тебя, убежала. Я тогда пожалела. Во многом поэтому и осталась. Ты так это описывал… А теперь слушаю про прокладки, про цветные графики и пытаюсь понять, что ты тогда рассказал правдивого.
Николай молчал.
— Дарья Леонидовна сейчас в другом городе живёт, — ответил вместо него Михаил, буднично, словно давал справку. — За Мухиным замужем. За бывшим партнёром Николая, который ту пустую фирму оформлял, со столом и стулом. По моим сведениям, они сошлись, когда Николай ещё с ней жил и имущество на неё переписывал, от кредиторов прятал. С этим имуществом она к Мухину и ушла. Он же и объяснил ей, что куда переоформить. Комбинация красивая. Когда узнал, даже уважение почувствовал — не к ним, к замыслу.
— То есть у него забрали теми же приёмами, которыми забирал он, — медленно сказала Елена. — Его партнёр, через его женщину, на его же схемах.
— Типовой проект, как говорят у нас, — отозвался Михаил. — Посчитал однажды, дальше тиражируй.
Николай поднял голову. Последний час состарил его заметнее предыдущих шести лет. С лица ушла улыбочка, на которой держалось всё сооружение. Без неё остался голый каркас.
— Мухину я верил, — глухо произнёс он. — Одному из всех.
— Нет, — сказала Валентина со своего места.
Все посмотрели на неё.
— Единственная из всех, кому ты верил, двадцать лет ужин тебе подавала, — продолжила Валентина. — Мухина ты использовал. Он терпел и ждал. А ты одного от другого так и не научился отличать. Вот и сидишь здесь, пока он живёт в другом городе.
Это было не ударом по щеке — описью. Николай открыл рот и снова закрыл. Возразить не получилось: всё имущество этой фразы было перечислено верно.
Елена больше не могла держаться за спинку дивана и слушать. Отпустив её, она встала перед Николаем. Начала почти тихо, но с каждой фразой голос становился громче: четыре года их жизни она предъявляла ему, как улики.
— Маму ты уговорил заложить квартиру всего на полгода. Проект верный, никаких опасений! А мои шестьсот тысяч? Два года назад ты взял все мои сбережения на три недели. Про Ксению тоже будем молчать? В марте я нашла вашу переписку. Моя подруга! И поездка в другой город, которую ты называл командировкой… Никакой работы там не было.
Николай слушал так, как пережидают дождь под козырьком. Время от времени бросал:
— Опять началось. При посторонних это зачем?
— При посторонних? — Елена указала на Валентину. Это слово только подхлестнуло её. — Да это я здесь посторонняя! Утром думала, что привезу тебя сдать, а получилось — себя привезла. Чтобы люди посмотрели, какой я была дурой. Мама ещё в феврале звонила, спрашивала о квартире, о платежах. Я ей врала: ты ведь уверял, что всё под контролем. Ей шестьдесят восемь, у неё ничего, кроме этой квартиры, нет. Что мне теперь ей говорить?
— Скажи, с замужеством не повезло. — Николай пожал плечами. — Хотя какое замужество? Я на тебе не женился. Так что юридически предъявить мне нечего.
Коротко и плоско хлопнула ладонь. Елена неловко, по-детски ударила его в плечо — не в лицо — и тут же отдёрнула руку.
От окна за ними наблюдал Михаил, не пытаясь вмешаться. Валентина переносила чашки на поднос. В её руках они ни разу не звякнули.
— Михаил Петрович, давайте поговорим без эмоций, по-мужски. — Николай резко развернулся к окну. От такой мгновенной перемены тона неловко стало всем, кроме него. — У вас большая структура, вам нужны люди, знающие рынок. Я двадцать пять лет занимаюсь девелопментом, двадцать пять лет руковожу. Связи есть, чутьё есть. Ошибки были, спорить не стану, но кто без них? Возьмите на проект за процент, можно совсем без оклада. Я понимаю, как здесь вторую очередь развернуть. Расчёты у меня сохранились.
— Расчёты? — переспросил Михаил. — Это те, с которыми у тебя восемь фундаментов не задались? На геологии ведь тоже сэкономил: заказал через прокладку, зато по дружеской цене.
— Там изыскатели ошиблись.
— Ты сэкономил. Заключение было в документах на землю, я его прочитал. Подпись тебе обошлась в сорок тысяч. Знаю я этого изыскателя, он до сих пор работает, и подпись его на рынке всем знакома. Николай, на этом деловой разговор закончим. Твои связи мне ни к чему: эти люди, услышав твоё имя, проверяют, на месте ли кошелёк. И чутьё не нужно — оно привело тебя на этот диван. Не за процентом ты просишься. Тебе бы добраться до подписи, до кассы, до чужого доверия. Его ты сжигаешь, как солярку, только заправиться больше негде. Ответ окончательный.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.