Жизнь без прикрасВероника вскочила, подхватив сумку.
— Слушать такое я не намерена!
— Нет, ещё как послушаешь! — Жанна встала перед ней. — Хочешь уйти? Ну так иди. Только все, кто здесь сидит, уже знают, что ты за человек. Такая вот подруга: спишь с её мужем, а заодно с ним придумываешь, как украсть у неё квартиру. Теперь этого ни от кого не скроешь. Иди, Вероника, беги отсюда. Но не думай, что о вас будут знать только те, кто сегодня собрался в этом зале. Об этом узнают все. Я сама расскажу каждому, какая ты подруга и что вы вдвоём собирались сделать с Дашей.
Побледневшая Вероника оглядела гостей. На неё смотрели с презрением. Она резко развернулась и выбежала, застучав каблуками по залу. Следом хлопнула дверь.
У стола оставался Виктор — растерянный, сломленный. К нему подошла мать, всё ещё плача.
— Витя, как же ты мог? Как ты мог так обойтись с этой девочкой?
В ответ он не произнёс ничего. Геннадий взял его за плечо и развернул лицом к себе.
— Заберёшь вещи и съедешь от Даши. Больше перед ней не появляйся. Ты меня услышал?
— Папа, но…
— Услышал?!
Опустив голову, Виктор кивнул. Отец оттолкнул его.
— Вон отсюда. Сейчас же.
Виктор направился к выходу. Гости расступались перед ним, словно перед зачумлённым. Ни одного слова ему вслед не сказали. Он вышел из зала, и за ним закрылась дверь.
Дарья осталась посреди зала. Напряжение, державшее её последние дни, отпускало; вместо него чувствовались усталость и пустота. Отец подошёл и обнял её за плечи.
— Ну всё, доченька. Закончилось.
Она прижалась к нему и наконец позволила себе расслабиться. По щекам снова потекли слёзы — теперь от облегчения.
— Пап, у меня получилось.
— Получилось, родная. Я тобой горжусь.
К Дарье стали подходить гости. Школьные коллеги обнимали её, поддерживали. Полина Денисовна, завуч, взяла её за руку.
— Дашенька, ты героиня. Не каждая осмелилась бы на то, что ты сделала. Теперь уж все понимают: с тобой шутки плохи.
Подходили и приятели Виктора. Просили прощения, говорили, что не представляли, на что он способен.
— Мы-то его нормальным мужиком считали, — сказал Руслан. — Знали бы, что задумал, сами бы морду набили.
Тётя Нина обнимала Дарью и плакала.
— Девочка моя бедная, сколько же тебе пришлось вынести! Хорошо, что ты не стала молчать. Правду скрывать незачем.
Последней подошла Надежда Борисовна. Глаза у неё покраснели, лицо было мокрым от слёз.
— Дашенька, прости. За сына моего прости. Я и подумать не могла, что он способен на такое. Стыдно мне перед тобой…
Дарья обняла её.
— Надежда Борисовна, вы ни в чём не виноваты. Вы хорошие люди. А ваш сын… Он сам выбрал дурной путь. Я его больше не признаю. Он для меня мёртв.
Надежда Борисовна ещё раз обняла Дарью, после чего они с мужем ушли.
Гости расходились постепенно. Одни задерживались, чтобы поговорить с Дарьей и поддержать её, другие уходили молча, ещё осмысляя увиденное. К десяти вечера остались лишь она, родители, Жанна и Артём Романович.
— Спасибо вам за всё, — обратилась Дарья к администратору. — Без вашей помощи я бы не справилась.
— Рад, что вышло именно так. Всё-таки справедливость есть.
Из ресторана они вышли на холодный ветер. Возле машины Дарья остановилась, запрокинула голову. В тёмном небе мерцали далёкие, равнодушные звёзды.
— Мам, пап, давайте ко мне съездим. Посмотрим, забрал ли он вещи.
— Конечно, доченька. Поехали.
Через двадцать минут они были у дома. Добравшись до четвёртого этажа, Дарья открыла дверь квартиры. В тёмной прихожей было тихо; она зажгла свет. Обувь Виктора исчезла.
В спальне его одежда больше не занимала шкаф. Не осталось в ванной ни бритвы, ни зубной щётки. Вещи он забрал. Ушёл.
Дарья добралась до дивана в гостиной и села. Рядом устроились родители, а Жанна принесла чай.
— Что ты сейчас чувствуешь? — тихо спросила мама.
— Не знаю, — призналась Дарья. — Полегче стало. Только боль никуда не делась.
— Со временем пройдёт, — отозвался отец. — Время лечит.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.