Влажность 40%. Стерильная чистота. Кирилл сидел в эргономичном кресле за 3000 долларов.
Перед ним три монитора. На левом – котировки, на правом – мессенджер с шифрованием, по центру – база данных. Никакой крови.
Никаких криков. Никаких почек и заточек. В чате мигает сообщение от пользователя Admin 01.
Объект – Лазарев В.П. Статус – проблема. Решение – полный сброс.
Кирилл делает глоток остывшего латте. Лазарев В.П. Владелец сети автосалонов.
Отказался платить за крышу или перешел дорогу кому-то из учредителей банка. Это неважно. Для Кирилла Лазарев – это не человек с семьей, любовницей и собакой.
Это набор записей в реестрах. Кирилл открывает терминал. Пальцы его порхают над клавиатурой.
Шаг 1. Блокировка счетов. Причина – подозрительная активность по протоколу 115.
Карты Лазарева превращаются в пластиковый мусор прямо сейчас, пока он пытается расплатиться за ужин в ресторане. Шаг 2. Аннулирование электронной подписи.
Теперь Лазарев не может управлять своей компанией. Он даже не может войти в свой кабинет налогоплательщика. Шаг 3.
Изменение статуса недвижимости. Квартира в центре. Загородный дом.
В реестре появляется запись о заднем числе, оформленной дарственной на подставное лицо. Нотариус в доле. Реестр дырявый, если знать бэкдоры.
Шаг 4. База автоинспекции. Пометка на водительских правах.
В розыске. Слеш. Утеряны.
Первый же патруль высадит Лазарева из его премиального внедорожника лицом в асфальт. Кирилл нажимает «Энтер». На всё про всё – 4 минуты.
Лазарев В.П. еще жив. Он дышит, ест, возможно, прямо сейчас кричит на официанта из-за неработающей карты. Но социально он уже труп.
Его жизнь стерта. Он – призрак, которого система начнет пережевывать завтра утром. Кирилл не чувствовал тогда ни злорадства, ни власти.
Он чувствовал удовлетворение, какое бывает у уборщика, отмывшего грязное пятно с кафеля. Чистота. Порядок.
Баланс сведен. Люди – это просто пиксели на огромном экране города. Иногда пиксели выгорают.
Иногда начинают светиться не тем цветом. Тогда их нужно либо починить, либо отключить. Ничего личного.
Просто гигиена базы данных. Щелчок пальцами перед носом вернул его в реальность. «Э, ты уснул, что ли?»
Голос Людоеда прозвучал глухо, как сквозь вату. Кирилл открыл глаза. Надел очки.
Мир снова обрел четкость. Грязный бетонный пол. Штопор, всхлипывающий в углу.
Молчун, свесивший ноги с нары. И Валера-Людоед, нависающий над ним горой мяса. Кирилл посмотрел на них.
Впервые с момента ареста он увидел их не как угрозу. Штопор – битый файл. Вирусная программа, которая пожирает сама себя.
Молчун – спящий процесс, занимающий память, но бесполезный без команды. Людоед – устаревший фаервол. Мощный, но дырявый, который легко обходится через социальную инженерию.
Они думали, что они – хищники, а он – жертва. Смешно. Они были просто строчками кода.
Кривыми, забагованными строчками с кучей уязвимостей. А он был администратором. Кирилл почувствовал, как внутри, где-то в солнечном сплетении, разливается холодное, спокойное презрение.
Он стирал жизни людей, которые были в сто раз влиятельнее и опаснее этих урок. Он обнулял депутатов и воров в законе, не вставая с кресла. Что ему сделают эти трое?
Убьют? Смерть – это просто завершение сеанса. Logoff.
Но пока система работает, у него есть права доступа. «Я не сплю», — сказал Кирилл. Его голос изменился.
Исчезли визгливые нотки страха. Теперь это был ровный, монотонный голос техподдержки, которая сообщает вам, что ваш аккаунт заблокирован навсегда. «Я просто искал нужный файл в памяти».
Людоед нахмурился. Он нутром чуял перемену. Перед ним сидел тот же дрищ в свитере, но смотрел он теперь так, как смотрит патологоанатом на труп перед вскрытием.
Без эмоций. «И что, нашел?» – буркнул Людоед, отходя на шаг. Ему стало неуютно стоять рядом.
«Нашел», – кивнул Кирилл. «Но это не счета. Это биография.
Ваша, Валерий. И того человека, который приказал вам меня прессовать». Он аккуратно положил руки на колени.
Пальцы были длинными, тонкими, музыкальными. Инструмент. «Вы ведь думаете, что вы здесь власть.
Но вы ошибаетесь. Вы просто функция. И эту функцию скоро отключат за ненадобностью».
«Ты меня пугаешь, что ли?» Людоед сжал кулаки, пытаясь вернуть себе уверенность через агрессию. «Я не пугаю».
«Я прогнозирую», – Кирилл чуть наклонил голову. «Вы ведь знаете, кто сейчас начальник оперативной части?
