— Думаю, тебе стоит продолжить вечер в другой компании, — сказал он Виктории. — Здесь твоим намёкам не рады.
Она посмотрела на него, потом на Софию, и ушла, сохраняя осанку, но уже без прежней победной лёгкости.
— Неплохо, — заметил Артём, когда они остались вдвоём.
— Я не собираюсь становиться похожей на неё, чтобы защититься, — ответила София. — Если кто-то хочет унизить меня, это не значит, что я должна унижать себя в ответ.
Артём ничего не сказал. Но в тот вечер он всё чаще ловил себя на мысли, что рядом с ним не временная союзница. София была сильнее, чем он предполагал, и настоящей настолько, что её присутствие постепенно меняло воздух вокруг него.
Утро началось спокойно. София вышла в сад, где ей всё ещё дышалось легче всего. Здесь земля пахла привычно, листья шуршали под пальцами, а цветы не задавали вопросов о её месте в чужом мире. Она работала у клумбы, когда домоправительница подошла с белым конвертом.
— Это передали вам, госпожа Кравченко.
На конверте не было имени отправителя. София вскрыла его прямо там, стоя между кустами. Внутри лежал один лист. Почерк был красивый, аккуратный, почти изящный. От слов, написанных на бумаге, по спине прошёл холод.
«Ты никогда не станешь своей среди этих людей. Перестань изображать то, чем не являешься, пока всё не стало хуже».
София долго смотрела на строчки. Потом сложила лист, спрятала его и заставила себя вернуться к работе. Она не хотела показывать страх. Особенно Артёму. Он мог решить, что она не выдерживает, что слаба, что ошибся в своём выборе. Или, что ещё хуже, воспринять это как очередной элемент борьбы с Викторией, в которой чувства Софии не имеют значения.
Она убрала записку в ящик стола. Но на этом всё не закончилось. Через несколько дней пришёл новый конверт, потом ещё один. Каждое послание било точнее предыдущего. Ей писали, что она самозванка, что фамилия Кравченко ей не принадлежит, что все понимают истинную цену этого брака. София пыталась держаться, но с каждым письмом тревога становилась тяжелее.
Виктория тем временем не исчезала. Она появлялась на тех же вечерах, в тех же кругах, находила способ оказаться рядом, оставить фразу, взгляд, полуулыбку. Однажды она без предупреждения приехала в офис Артёма, сославшись на старое деловое партнёрство.
— Нам нужно поговорить, — сказала она, усаживаясь напротив его стола так, будто всё ещё имела на это право.
— Говори быстро. У меня мало времени.
Виктория улыбнулась.
— Ты всегда говоришь так, когда пытаешься выглядеть занятым. На самом деле ты просто прячешься за работой, чтобы не признать очевидное.
— И что же очевидно?
— Этот брак. Эта женщина. Ты не счастлив, Артём. Ты стараешься убедить всех, включая себя, что всё получилось.
Он отложил ручку и поднял взгляд.
— Чего ты добиваешься?..
