Какую? Особых требований у неё не было. Она согласна была почти на любую, лишь бы доход не стал препятствием для усыновления.
Нина перебирала в памяти знакомых, у кого можно было бы попросить помощи. Таких почти не было. С прежнего предприятия уходили многие, и некоторые сами плакали, не зная, где искать новое место.
«Придётся смотреть объявления, — решила она. — Людям же иногда везёт. И мне повезёт».
Будто сама судьба встала на её сторону. Уже на следующий день после знакомства с Артёмом ей позвонил прежний начальник, Сергей Викторович.
— Нина Андреевна, вы ещё не устроились?
— Нет, конечно. Когда бы я успела? Только уволилась.
— И какие планы? Отдохнуть хотите?
— Нет, какой отдых. Работа мне очень нужна.
— Отлично. У меня есть предложение. Я тоже ушёл с нашего предприятия, устроился в другую фирму. Её мой приятель открыл. Буду начальником отдела и хочу собрать людей, которых хорошо знаю. Вы одна из них. Надеюсь, не против? Зарплата будет приличная, точно больше, чем в диспетчерской. И перспективы хорошие.
— Спасибо вам огромное, Сергей Викторович. Я даже не ожидала. Честно говоря, не знала, куда бросаться. Всё-таки возраст, да и недостатки у меня есть.
— Какой возраст? Самый подходящий. А недостатки исправим. Шучу, конечно. Я знаю ваши недостатки. И главное достоинство тоже знаю. Надеюсь, сработаемся.
— Я тоже очень надеюсь. И характеристику, если понадобится, вы мне дадите?
— Конечно. Даже не сомневайтесь.
Всё складывалось как нельзя лучше. Вскоре у Нины была хорошая работа и стабильная зарплата. Сил, как ни странно, тоже прибавилось. Она сделала генеральную уборку в комнате Миши, которой скоро предстояло стать комнатой Артёма. Будущего сына она навещала регулярно. Через пару недель ей уже разрешили взять его на выходные домой.
— Ух ты! Это будет моя комната? — радовался мальчик. — Здорово! У меня раньше тоже была комната, только проходная, не отдельная.
— Отдельная лучше, правда? И с балконом.
— Да! Только на балкон пока нельзя?
— Пока нельзя. Я заклеила дверь, чтобы не дуло. Потом поставим новые рамы, может, остеклим балкон. Тогда можно будет выходить и зимой. Но это уже в следующем году.
— Здорово! А знаете, тётя Нина… если вы меня усыновите, вы мне будете вроде мамы?
— Да, конечно. Тебе это не нравится?
— Нравится. Только я не знаю, как буду называть вас мамой. У меня же была другая мама. Можно я повешу на стену её фотографию? И папину тоже?
— Конечно, можно. А меня можешь называть тётей Ниной. Я совсем не жду, что ты сразу будешь звать меня мамой. Это хорошо, что ты помнишь свою маму.
— Вы не обидитесь?
— Как я могу обидеться, милый? Моего сына звали Мишей, а тебя Артёмом. Я же не стану называть тебя Мишей, правда?
— Ну да. Я маму и папу очень любил. И они меня тоже. Я долго не верил, что они больше никогда не будут рядом. А вы своего Мишу очень любили? — осторожно спросил он.
— Очень. Но знаешь, Артёмка, в какой-то момент я поняла, что он никуда не исчез. Он всегда со мной. Ты, наверное, понял это раньше. Может, дети чувствуют тоньше.
На такие темы они старались говорить осторожно. Чаще обсуждали будущее: как будут жить, когда станут семьёй. Из-за смерти родителей Артём не пошёл в сентябре в первый класс. Учиться ему предстояло со следующего года. Но Нина знала, что он уже умеет читать и писать — с ним занималась мама. Это её радовало. У ребёнка не будет проблем с учёбой. Да и вообще, возможно, особых проблем не будет. Поначалу, во всяком случае.
Она понимала: впереди будут трудности, особенно когда Артём подрастёт. Ей придётся воспитывать мальчика одной, без отца. Но в том, что они будут вместе, уже не сомневались ни она, ни ребёнок.
Впервые за последние годы Нина чувствовала себя нужной и почти счастливой. Перед сном она теперь не жила в давно умершем прошлом. Иногда её мысли уходили в будущее. Оно обещало не только радость, но и хлопоты, заботы, сложности. И это тоже радовало, потому что всё это было частью настоящей жизни.
«Ты рад, сынок?» — мысленно спрашивала она Мишу перед сном и будто чувствовала его ответную улыбку.
Документы на усыновление Артёма были почти собраны. Нина получила разрешения и ждала дня, когда мальчик наконец окажется дома. Всё было готово. Каждый раз, подъезжая к детскому дому, она думала: скоро ей больше не придётся приезжать сюда как гостье.
Но в один из таких приездов к ней вышла директор и пригласила в кабинет. Может, стоило обрадоваться: возможно, речь пойдёт о последних деталях усыновления. Но лицо женщины было не радостным. Скорее виноватым.
В кабинете она усадила Нину за стол и жестом остановила, когда та хотела заговорить.
— Подождите, Нина Андреевна. У меня новость. Боюсь, не самая приятная.
— Что случилось? Что-то с Артёмом? — испугалась Нина.
— Нет, с ним всё хорошо. Не волнуйтесь. Просто объявился его родной дядя. Он хочет забрать мальчика к себе.
Эти слова прозвучали как удар. Нина не ожидала ничего подобного. Сначала она даже не поняла, насколько это страшно.
— Что значит забрать?
